Долго и счастливо

Ты родилась здесь, у тебя интересное происхождение, и ты далеко не глупа, – парировал Алексей, просовывая руки в расстегнутый лиф ее платья, чтобы дотронуться до груди. – А теперь ты стала моей женой, моей прекрасной женой, любовь моя…

У Билли перехватило дыхание – он так искусно массировал ее набухшие соски, что вызывал в ней неукротимое желание. Не способная далее сопротивляться нахлынувшим чувствам, Билли прижалась к Алексею, и он, подхватив ее на руки, унес в каюту.

Там, поставив Билли на ноги, он снял с нее платье и освободил от пышной нижней юбки.

– Ты меня удивляешь, – с сарказмом заметил Алексей, остановившись, чтобы рассмотреть ее кружевное атласное белье бирюзового цвета и кружевные чулки, подчеркивающие стройность ног.

Билли, все еще разгоряченная его словами, возразила:

– Я невеста… чего же ты ожидал?

– Простоты без излишеств, – честно признался он.

Билли зачарованно смотрела в его глаза, и ее сердце бешено колотилось.

– Ты еще успеешь насмотреться на простоту без излишеств в течение остальных трехсот шестидесяти четырех дней этого года.

Алексей рассмеялся и поцеловал Билли, обхватив ее лицо ладонями. Он все глубже и глубже проникал языком между нежными влажными губами, и наконец Билли начала отвечать на его поцелуи. Расстегнув бюстгальтер, он с удовольствием обнаружил высокую пышную грудь с нежно-розовыми сосками:

– Тебе и в голову не приходило, как много я думал о твоей груди…

– Прямо на работе? – выдохнула Билли, пораженная подобным откровением.

– Тебя это шокирует? – ответил Алексей, снова рассмеявшись, лаская молочно-белую кожу ее набухшей груди.

– Но это ведь не слишком правильно, правда? – недовольно заметила Билли.

– Но я только наблюдал и фантазировал. Я ведь к тебе не приставал, – напомнил он ей. – И чем более строгую одежду ты надевала, тем больше деталей я замечал… Скромность разжигает интерес. Если бы ты загорала топлес, я бы уже давным-давно удовлетворил свое любопытство.

Как только его искусные пальцы нащупали кончики ее сосков, Билли медленно закрыла глаза от сильнейшего наслаждения, которое разливалось приятным теплом по всему телу. Алексей приобнял ее и прижался губами сначала к одному соску, а затем к другому, прикасаясь языком к чувствительной коже и слегка задевая их своими крепкими белоснежными зубами.

Билли еле дышала, охваченная жгучей страстью.