Чувствительная особа

– И какое же предложение может сделать мне учительница младшей школы? – прямо спросил Сержио.

– Думаю, оно вас удивит… – Беа наконец-то удалось справиться с голосом. – Я точно знаю, что оно вас удивит.

Сержио непросто было удивить. Он прекрасно знал свою склонность все держать под контролем и не собирался ничего менять в своей жизни.

– Совсем недавно вы собирались жениться на моей сестре Заре.

– Из этого все равно бы ничего не получилось, – спокойно ответил Сержио.

Беа глубоко вдохнула и судорожно сжала сумочку.

– И она сказала мне, что вам нужно от брака.

– Это не слишком вежливо с ее стороны, – заметил Сержио, совершенно не понимая, к чему она клонит.

– Ладно, я не буду ходить вокруг да около, а просто выложу карты на стол.

Покрасневшие щеки удивительно шли к яростно горящим зеленым глазам.

Сержио лениво откинулся на спинку стула, окинув ее таким взглядом, что Беа почувствовала, что краснеет еще сильнее.

– Я жду, – бросил Сержио.

И между ними снова повисла звенящая тишина.

Беа так глубоко вздохнула, что с ее блузки чуть не полетели пуговицы, и Сержио опустил взгляд на туго обтянутые серой тканью формы, которые так хорошо помнил.

– Отец оказал на меня определенное давление, чтобы я пришла сюда. Я сразу же сказала ему, что это безумная затея.

– Да, ты пришла сюда, – зевнув, подтвердил Сержио. – А теперь все никак не можешь объяснить, зачем ты это сделала.

– Отец хочет, чтобы я предложила себя на место Зары, – выдавила из себя Беа, наблюдая, как на заносчивом лице Демонидеса проступает недоверие. – Я понимаю, это безумие, но ему нужна эта сделка, и он считает, что если добавить к контракту подходящую жену, то что-то изменится.

– Подходящую? Ты как-то мало похожа на тех женщин, с которыми я обычно встречаюсь, – сухо заметил Сержио.

И это – чистая правда. По сравнению с теми женщинами, к которым он привык, Беатриса Блейк была совершенно пресной.

«Из домашних женщин получаются наилучшие жены, – как-то сказал ему дед. – Твоя бабушка была самоотверженной, преданной и заботливой. Большего я никогда не стал бы требовать от жены. Она превратила мой дом в настоящий дворец, окружала моих детей безоговорочной любовью и беспрекословно повиновалась любому моему слову.