Огонек в ночи

Сосредоточенность в них сменилась напряжением. Солнечный бог посылал корням Дерева мысленный приказ, это давалось непросто. Его губы плотно сжались и побелели, по вискам заструился пот. Ничего. Значит, Сильвена была права: остров повинуется не ему… Потрясенный Гольден с досадой сжал кулаки и молча уставился в землю.

– Все к лучшему, – наконец, прошептал он, – это была бы плохая затея.

Бросив прощальный взгляд на опустевшее между корней место, сияющий бог обреченно побрел обратно. В груди стало холодно.

Гольден, в чьих жилах тек живительный для всего сущего солнечный свет, к такому не привык, поэтому с каждым шагом ускорялся и, в конце концов, побежал.

По пути он думал о Сильвене. Ярость, которая в ней проснулась, поражала. Вспышка, приведшая к печальному путешествию Гольдена в джунгли, была столь разрушительной и пугающей, что он до сих пор пребывал в растерянности. Когда из влюбленной Сильвена превратилась в неуправляемую? Что теперь будет? Неужели он всему виной?

Последнее беспокоило больше всего.

Гольден уже не раз пожалел, что поддался слабости. Удивительно, как быстро божественное в нем перемешалось с земным. И не только в нем, если судить по выходке супруги.

Но жизнь продолжается, уговаривал себя Гольден. Что бы ни случилось, прошлого уже не изменить. Он и Сильвена – все еще залог равновесия, нужно просто помириться, забыть о том, что случилось. Пусть теперь это хранят джунгли Моту.

– Любовь моя, – воскликнул бог, вырываясь на открытый пляж. – Прости, – он упал коленями на колючий песок.

 – Ты больше никогда об этом не вспомнишь!

Ответом ему был молчаливый лик горделиво сверкавшего в небе ночного светила. Гольден знал, богиня услышала, и хотел верить, что все наладится.

Глава 1. Новая игра

Сильвер проснулся от собственного вскрика и в испуге уставился на соломенный потолок. Как и вчера, с легким жужжанием там работал старенький вентилятор. От времени и влажности лопасти выцвели, но гоняли воздух бодро. Правда, это не помогало – жара в комнате стояла невыносимая.

Обдуваемый горячим дыханием Моту, Сильвер чувствовал себя, почти как цыпленок на вертеле. Отбросив тонкую мятую простыню, парень с облегчением откинулся на подушку. Это был сон, всего лишь сон. Надо уже забыть Катрин. Да, она любила его или говорила, что любила, но теперь ее нет. Она мертва. Ее тело покоится в земле четвертый год, а предыдущие сорок лет она провела с тем, к кому Сильвер доставил ее лично.