Мятежная королева

Чтобы перевести тему, пока та натягивала перчатку, Кива не сдержалась и полюбопытствовала:

– Могу ли я спросить, как это произошло?

Она затаила дыхание, гадая, не стоило ли промолчать, но похоже, Наари ее вопрос ничуть не расстроил.

– Я защищала дорогого мне человека. – Надзирательница согнула руку с уже надетой перчаткой. – Он потом проследил, чтобы обо мне позаботились.

– И теперь вы тут, – заметила Кива и мгновенно пожалела о своих словах.

Однако Наари и в этот раз не рассердилась.

– И теперь я тут.

Это многое объясняет, подумала Кива. Наари, конечно, все еще была новым лицом среди тюремщиков, но она уже проработала в Залиндове дольше, чем большинство других женщин-надзирательниц. Несмотря на качественный протез, найти новую должность ей будет трудно, и уж тем более никто не даст ей продвинуться по службе. Тюремные надзиратели находились в самых низах, и все же, если Наари хотела служить защитником королевства, из-за отсутствующей кисти других вариантов у нее практически не было.

– Болит? – в Киве опять заговорил лекарь.

– Бывает, – призналась Наари.

Кива задержала на ней взгляд и предложила:

– Если вам вдруг понадобится болеутоляющее…

Наари мгновение помолчала и наконец ответила:

– Я сообщу.

Кива понимала: происходит нечто странное. Что-то сдвинулось в их отношениях. Размылась грань между надзирателем и заключенным, и не только потому, что Наари ее спасла, причем не в первый раз.

– Спасибо, – тихо поблагодарила Кива, – что помогли.

Наари удивленно выгнула бровь: она-то знала, что называть это «помощью» будет преуменьшением, но поправлять не стала.

– Просто радуйся, что я вовремя подоспела.

Кива радовалась. Даже очень. И все же не удержалась от вопроса:

– Сегодня в лазарете целый день никто не дежурил. Почему же вы пришли сейчас?

Прежде чем Наари успела ответить, в лазарет ворвался Типп, а следом за ним вошли Мот и Джарен.

Заведующему моргом Кива не удивилась, но на Джарена уставилась с удивлением.

– Кивушка, что с тобой приключилось? – Щеки Мота покрылись гневными пятнами. Оон осуждающе поглядел на надзирательницу.

Та, встретившись с ним взглядом, скрестила руки на груди.

Кива не сразу поняла, что происходит, но потом заметила, куда смотрит Джарен. И Типп. Она дотронулась пальцами до шеи. Наверняка на ней тревожной радугой уже расцветали синяки.