Водитель моего мужа

Автоматические ворота выпускают нас на улицу, где уже вовсю дышит солнце и кажется, что на календаре жаркий июль. Мы спускаемся к первому ряду парковочных мест, где я вижу наш черный внедорожник. Паша по привычке тянется к задней дверце, но останавливается, задумываясь о выборе.

И все же открывает заднюю. Я киваю ему, понимая, что лишние пересуды нам не нужны. Мало ли кто увидит, как прочитает и кому потом поспешит доложить. Мы позволили себе шальную вольность утром, но возводить ее в опасную привычку не стоит.

Мы без этого рискуем… И так страшно, почти что безнадежно, что лучше не задумываться. Это ведь чистое безумие, которому мы поддаемся, хотя прекрасно понимаем, как мало шансов, что это может закончиться хорошо. Их почти что нет.

Поэтому я запрещаю себе думать, а позволяю вещам случаться, как предложил Паша. И всё происходит именно так, как я представляла себе на пресс-конференции: я иду за ним шаг за шагом и чувствую, как нарастает мой пульс.

Сильнее с каждым ударом.

И он стучит в висках, когда Паша подводит меня к двери моего номера.

– Ольга, – зовет он и раскрывает дверь.

Я переступаю порог и дожидаюсь щелчка, с которым загорается освещение. Паша не включает верхний свет, оставляя лишь приглушенную подсветку. Шторы все равно не задернуты, и солнечный свет льется в комнату через высокие окна.

– Ты нервничаешь, – произносит Паша за моей спиной, – я чувствую.

Я оборачиваюсь, чтобы придумать правильный ответ, но он вдруг оказывается совсем рядом. Последний шаг, и мужчина тягуче проводит ладонями по моим плечам, согревая кожу, и уверенно прижимает к себе. Все так мягко и чарующе приятно, но мне все равно кажется, что я куда-то падаю. Буквально проваливаюсь, раскинув руки в стороны, и не хочу останавливаться.

– И ты дрожишь. – Паша разворачивает меня в своих руках и уводит широкие ладони на спину, сминая ткань моего пиджака.

Она слишком толстая и грубая, как оказывается, потому что мне хочется чувствовать его ближе и острее. К счастью, его рубашка тоньше, и я угадываю, как напрягается его каменное натренированное тело и какой сумасшедший жар исходит от него. Он уже на моей коже, распускается и заставляет шумно выдыхать и ловить онемевшими губами недостаточный воздух.