Сомнение Гурова

– А самого Куликова мы будем предупреждать об опасности, которая нависла над его сыном? – спросил капитан Коренев.

Гуров чуть подумал и ответил:

– Сложный вопрос. С одной стороны, вроде бы нужно так сделать. Но ведь отец мальчика наверняка встревожится, увеличит охрану, может быть, вообще перестанет пускать сына в школу, решит, что пусть тот дома занимается. Бандиты поймут, что мы их каким-то образом заметили, и залягут на дно. Не исключено, что они на какое-то время уедут из Замостья.

– Ну и пусть бы уезжали! – вырвалось у майора Буренина.

 – Нам ведь надо, чтобы этой заразы у нас больше не было. Вот мы и достигнем этой цели.

Однако Гуров решительно покачал головой и сказал:

– Нет, не достигнем, майор. Я все сильнее убеждаюсь, что корни банды вросли в землю здесь, в Замостье. Навсегда они отсюда не уедут, отлежатся, сделают паузу, а потом нанесут удар в новом месте. Сергея Куликова мы, может, и убережем, зато пострадает другой ребенок. Поэтому предупреждать Куликова не будем. Оберегать станем, а информировать – нет.

Зато мы постараемся опередить бандитов, действовать быстрее, чем до сих пор. Поэтому я готов выслушать следующее сообщение. Ведь в эти сутки удача сопутствовала не только полковнику Поддубному и майору. Я правильно понимаю? Это верно, капитан?

– Совершенно верно, Лев Иванович, – с улыбкой проговорил Коренев. – Я нашел эту машину!

– Ты имеешь в виду старую «шестерку» Марата Сулейменова? – спросил Гуров.

– Ее самую! Она находилась в пункте приема металлолома.

Точнее, не сама машина, а ее кузов. Он там лежит с апреля этого года. Двигатель и другие части владельцы пункта уже сняли и успели продать, а кузов все еще дожидался своей участи.

– И как же машина Сулейменова попала в утиль? Кто ее сдал?

– Я этим вопросом интересовался в первую очередь. Мне долго пришлось искать приемщика, который видел человека, сдававшего машину. Но в итоге я его все-таки нашел. Этот персонаж рассказал, что машину сдавал…

– Молодой парень в дорогом костюме, жутко лощеный, – заявил Крячко, внимательно слушавший рассказ капитана.

– Нет, Станислав Василевич. С чего вы взяли? – произнес Коренев. – Машину сдавал мужик лет сорока, простоватого вида, без особых примет. Ни паспорт, ни другие документы он не показывал, да приемщик их и не спрашивал. Дядечка как-то назвался, но его имени никто там не запомнил. Единственная примета, за которую можно ухватиться, так это отсутствие одного пальца на правой руке.