Смерть за наш счет (сборник)

– А с какими целями прибыл?

– Этого я не знаю. У нас не принято проявлять излишнее любопытство.

Гуров помолчал, бросил взгляд на эксперта, который, не обращая ни на кого внимания, занялся своим делом, и спросил:

– А другие постояльцы? Они все здесь или кто-то съехал после происшествия? И кстати, сколько их?

– Так, давайте по порядку, – отозвался обстоятельный Полянский. – Всего у нас двадцать номеров: двенадцать на первом этаже и восемь на втором. Сейчас заселено восемь номеров – пять на первом и три на втором.

На первом этаже, собственно, остаются четыре номера. В одном проживает гражданин Польши, в другом – командированный из Сибири, в третьем – семья из трех человек, в четвертом – пожилая дама из Петербурга.

– Это все ваши постоянные клиенты?

– М-м-м, не совсем. Командированный, по-моему, уже третий раз у нас – ему здесь нравится.

При этих словах у директора стало такое лицо, словно он хотел продемонстрировать те огромные усилия, которые прикладывает персонал, чтобы клиенты, раз побывавшие в «Аркаде», обязательно переходили в разряд постоянных, то есть в дальнейшем останавливались только в здешних номерах.

– Пожилая дама появилась впервые, – продолжал Полянский. – Поляк приехал по каким-то бизнес-делам, он у нас по рекомендации одного знакомого, уже второй раз за полгода. Что касается семьи, то они долго с нами списывались по Интернету, спрашивали про условия – им очень важно, чтобы было спокойно, уютно и чтобы был первый этаж. У них ребенок инвалид-колясочник. Мы наконец обо всем договорились, забронировали номер, и неделю назад они приехали.

Собираются в следующем году посетить нас снова, уже летом, и мы очень на это надеемся. Лев Иванович, теперь вы понимаете, насколько для нас важна репутация!

– Да-да, я понимаю. Давайте я их опрошу, а вы попросите остальных, чтобы задержались, – сказал Гуров.

Полянский замялся, шаркая ногой.

– Что такое? – поднял бровь Гуров.

– Лев Иванович, а нельзя как-нибудь обойтись без опроса хотя бы этой семьи? – с чрезвычайно доверительными интонациями заговорил директор.

 – Я же вам объяснил, нам очень важно сохранить свое лицо.

Полянский смотрел на Гурова просящим взглядом, всеми силами стараясь включить сыщика в группу сочувствующих. Гуров усмехнулся про себя и заговорил с Полянским на его языке. Предельно вежливо произнес:

– Владимир Игоревич, вы, я вижу, человек, привыкший проявлять уважение к чужим интересам.

– Безусловно! – с чрезвычайно гордым видом кивнул Полянский.