Пулевое многоточие

Окна по случаю небывалой жары были распахнуты настежь, но незваная гостья отнюдь не собиралась покидать помещение и не стремилась на волю, предпочитая играть в прятки со смертью, роль которой исполнял полковник Крячко. Возможно, ее привлек запах свежего кофе, который Крячко как раз варил на маленькой плитке, но, отвлекшись на обезумевшее насекомое, упустил момент закипания, и теперь запах кофе в комнате чувствовался особенно ярко и аппетитно. Но, к сожалению, сие было все, что осталось от этого чудесного напитка.

Разъяренный Крячко сыпал ударами направо и налево, но шестиногий камикадзе с презрением в последнюю секунду уходил от верной гибели, вновь и вновь оставляя полковника с носом. Крячко был уже на пределе, когда появился Гуров.

– Лева! – воззвал Крячко, останавливаясь и воздевая к потолку руку с зажатой в ней газетой. – Хорошо, что ты пришел! Эта тварь довела меня до точки! Я или ее пристрелю, или застрелюсь сам! Честное слово, я применю сейчас табельное оружие!..

Гуров скептически посмотрел на его красное лицо, проследил за вензелем, который выписала над его головой муха, пожал плечами и заметил:

– Вот что бывает с человеком, когда он предпочитает проводить время в пивном баре, а не в тренировочном зале! А про табельное оружие вообще не заикайся! Когда ты последний раз заглядывал в тир? То-то и оно! Не тешь себя мыслью, что ты способен попасть сейчас во что-то мельче шкафа для бумаг.

– Кто таков? – спросил Крячко, провожая угрюмым взглядом муху, которая с приходом Гурова удвоила свои усилия, видимо вообразив себя абсолютно неуязвимой.

Гуров объяснил. Крячко тут же забыл про муху и, швырнув в угол смятую газету, плюхнулся на стул.

– Черт возьми! – сказал он потрясенно. – Димка Быков пропал! Ничего себе! Я слышал, что он вроде бы от жены ушел, но что пропал – это для меня новость. А что случилось-то?

– Это мы должны выяснить, что случилось, – сказал сердито Гуров.

– В такую жару? – простонал Крячко. – Я представляю, что это будет за поездка!

– Моя Мария сейчас на гастролях, – сказал Гуров. – Именно в такую жару. И весь театр с ней вместе. И тысячи людей в такую жару едут в командировки.

– На юг они едут, – проворчал Крячко, невольно ища глазами газету, потому что муха опять принялась атаковать его макушку.