Случайный брак с боссом

Только у него ни черта не получается. Макаров проводит по ткани, не попадая дужкой в карман. А потом еще раз – и снова мимо.

Я не тушуюсь.

Во мне даже просыпается легкое злорадство. Я подхожу к нему и беру очки снизу, чтобы не коснуться его пальцев. Тихонько тяну – он отпускает, сверля меня зеленью своего взгляда, – и вкладываю их в его карман уверенной рукой.

С первой попытки.

– Виталий отлично поработал, правда? – спрашиваю у Макарова. – Мне кажется, он достоин щедрой премии.

Я стою прямо перед ним и пытаюсь все-таки разгадать.

Что сейчас у него на уме?

Что за мысли?

– Ой, Виталий польщен, что обратились именно к нему, – скромничает стилист. – И Виталию и так хорошо платят.

– Заслуженно, – коротко комментирует Макаров, впервые выдавая хоть какую-то оценку. – Анфиса.

Он делает разворот и выставляет ладонь в ожидающем жесте. Секретарь понимает его без слов. Анфиса подскакивает к нему и вкладывает в широкую ладонь бархатную коробочку. У нее холодное сдержанное лицо и полный игнор в мою сторону, она вообще больше не смотрит на меня.

Я же перевожу взгляд на бархатный квадратик. Дураку ясно, что внутри обручальное кольцо.

Ну а что еще?

– Ты подписала договор, – произносит Макаров. – Я уж приму это за “да”.

Усмешка.

Он окончательно приходит в себя и уже развлекается своими фирменными интонациями.

Как легкие уколы.

Они без яда, но с раздражающей дозой мужского превосходства.

Прямо-таки лютой! Из-за чего Макарова хочется хорошенько встряхнуть.

Он откидывает крышку и достает кольцо, оправдывая мои догадки. Следом подхватывает мою ладонь и тянет к себе. Тянет медленно и даже с легким налетом галантности. Я смотрю на его сухие сильные пальцы, которые сомкнулись на моем запястье, и думаю о том, что у всего есть срок. В договоре прописано, что я должна вытерпеть полгода. Это максимум. На деле же поездка за азиатским рынком намечена через десять дней, а там Макаров подпишет свой супервыгодный контракт и отстанет от меня.

Наиграется.

– Оно другое, – добавляет Макаров, надевая кольцо на мой палец. – Ты сказала, что не берешь чужие вещи. У меня хорошая память.

– Еще я говорила, что не хочу участвовать в этом.

– Пусть будет не хорошая, а выборочная.

– Я так и поняла.

Ему нравится пререкаться со мной?

В его глубоких глазах загораются искорки, как у довольного кота.

– Прошу прощения, но пора начинать съемку, – в наш разговор вклинивается Анфиса.