Самое бессмысленное убийство

 – Вот сколько листвы насыпало. Да и дождь… Что тут найдешь? Какие доказательства?

Гуров ничего не сказал в ответ и принялся осматривать местность. Он повертел головой вправо-влево, хмыкнул, отошел на добрых два десятка шагов от места обнаружения трупа, молча постоял, затем сделал столько же шагов в другую сторону… Федор Ильич молча наблюдал за передвижениями Гурова.

– Интересно… – пробормотал Лев Иванович. – Очень даже любопытно…

– И что именно? – осторожно спросил сыщик-любитель.

– Ну-ка, Федор Ильич! – попросил Гуров.

Федор Ильич пожал плечами и отправился к указанному месту. Там он остановился и принялся вертеть головой во все стороны. А затем прошелся по дорожке.

– Посмотрел? – крикнул ему Гуров. – Что ж, ступай обратно. Вот, ты пришел… А теперь скажи – что ты видел, стоя на дорожке и гуляя по ней, а чего, наоборот, не видел?

– А что там можно увидеть особенного? – Федор Ильич еще раз пожал плечами.

– А меня за теми деревьями и кустами ты видел? – спросил Гуров.

– Нет… – с некоторым удивлением произнес Федор Ильич. – Как раз тебя видно не было. Деревья и кусты здесь растут так, что загораживают это место.

– Очень хорошо, – сказал Гуров. – А теперь ступай вот по этой тропинке. Она ведет прямо к ограде у дома престарелых, а в той ограде есть калиточка.

Федор Ильич пошел по тропинке, прошел двадцать шагов, остановился, осмотрелся, прошел еще некоторое расстояние, опять остановился и осмотрелся, а затем молча вернулся к Гурову.

– И оттуда тебя не видно, – сказал он. – Я дошел почти до самой ограды… Вот ведь угораздило старушку умереть именно в таком месте, где ее никто не мог увидеть! Ни с какого боку. Будто нарочно… – Он не договорил и с озадаченным видом уставился на Гурова.

– Вот и я думаю о том же самом, – задумчиво сказал Лев Иванович. – Местечко будто нарочно создано для убийства. Ни с какой стороны его не видно. Ни со стороны стариковского приюта, ни со стороны асфальтированной дорожки. Совпадение? Может, и так. А может, и нет. Вот если бы я задумал убить кого-то в этом саду, то выбрал бы именно это место.

– Не знаю, не знаю, – засомневался Федор Ильич.