Рынок смерти

Следом за Лешей и Вовой он вышел в коридор и, пройдя метров десять, остановился перед входом в одно из помещений, где складировали товары.

Помещение было похоже на все остальные как две капли воды. Такие же светло-зеленые стены, такие же бесконечные ряды картонных коробок, идущие от пола до потолка, такое же окно вверху. О том, что несколько месяцев назад здесь произошел пожар, уже ничто не напоминало.

– Все чисто и красиво, – обводя взглядом комнату, произнес Гуров. – Сделали ремонт?

– Давно уже, – ответил Леша.

– И хранят, как я смотрю, все то же самое? Бытовую химию и тетради? Хозяин не стал менять ассортимент?

– Какой смысл? Тетради и порошки все равно нужно куда-то складывать, а комнаты здесь все одинаковые. Да и того, что горит, полно. Не только здесь, и на других складах тоже.

– Даже еду можно поджечь, – неожиданно вступил в разговор молчаливый Вова. – Семечки там разные, фастфуды. Эти макароны сушеные, они вообще классно горят. У нас как-то с ребятами нечем было…

– Ладно, Вовик, потом расскажешь, – прервал его Леша.

– А что, быстро пустеют прилавки? – спросил Гуров.

– Утром не так, а в середине дня – моментально.

– И вечером, – добавил Вова. – Что, хочешь сказать, вечером народу меньше?

– Нет, не меньше, – согласился Леша. – И днем, и вечером – у нас тут всегда столпотворение. Утром только поспокойнее бывает. Может, спят или завтракают.

– Или из Мытищ не доехали, – усмехнулся Вова.

– Да, или так. Здесь ведь цены, можно сказать, по всей Москве самые низкие. Я, например, и сам здесь затариваюсь.

– И я, – снова добавил Вова. – А что? В розничных сетях те же фастфуды или макароны раза в два, а иногда даже и в три дороже стоят. А тут – все под рукой и по дешевке. Ходить никуда не надо, можно прямо с работы все, что надо, привезти.

– А в Мытищах «Аруты» нет? – обратился к Вовику Гуров.

– Нет, это я точно знаю. У меня дружбан оттуда к нам ездит.

– Понятно. То есть работа эта в целом неплохая? Нравится вам? И зарплата идет, и «затариться» по дешевке можно.

– Затариться, оно можно, конечно, но и работа эта… та еще, – вновь вступил в разговор Леша. – Каждый день в мыле. Я рубашки не успеваю в стиралку забрасывать.