Тридевятый квест

Видать, совсем опасность чуяли, коль ты девицу на клюке вела?

– Охохонюшки, Леший, ужо натерпелись вчерась мы страху-то, – и поведала ему о запертых вратах для Ники из волшебного леса.

– Сегодня с утра лес кругом прошёл. Не вижу никого, но чую лихо.

– Коли прознаешь чаво, так пришли весточку али сам приди.

– Непременно, Яга!

– Грибков насбирай-ка мне лукошко, – попросила Яга, – а я покамест на пасеку полечу. Поди Горыныч какие новостя знает.

Взлетела снова Яга и взяла курс на пасеку.

Над цветущим лугом кружили пчёлы.

В отличие от птиц и зверья, они не прятались, а усердно трудились, собирая нектар. Горыныч спал в небольшом шалаше у края лужка, чем удивил Ягу.

– Ох ты ж, голубь сизокрылый, – воскликнула старушка, стоя в проёме шалаша, – энто ж какая такая усталость тебя сморила, что все головы враз заснули?

– А? Что? Кто тут? – встрепенулись спросонья три головы Змея Горыныча. – А-а-а, это ты, Яга.

– Да уж я собственной персоной пожаловала, – хохотнула Яга, – а тут хоть тебя спящего выносить можно, а не токмо мёд в колодах красть.

– Да ладно, Яга, – оправдывался Змей, – никто из зверья на пасеку не наведывается, – и, понизив голос, прошептал: – А вот некто другой здесь похаживает…

– Ох ти! – всплеснула руками Яга и, приблизившись к Змею, прошептала: – Видал кого али чуешь?

– Не видал никого, а только чую какое-то Зло. Всю ночь напропалую не сомкнул глаз. Всё ж увидеть хотел. Но скажу тебе, Яга, – и, склонившись одной головой, зашептал Яге в ухо: – Этот кто-то рядом со мной стоял.

Я его не видел, а только своей кожей чувствовал. У меня каждая чешуйка дыбом встала.

Баба Яга отшатнулась, прижав руку к груди. Глаза её напряженно смотрели в глаза Горыныча. Оба понимали, что в Заповедный Мир пришла беда.

– Вчерась Ника не прошла врата и кое-как назад на поляну смогли вернуться. Чую я, что не запросто всё так вышло. Имеются у энтого Зла тёмного какие-то виды на девицу. Оберечь её надобно, но и обкумекать, как Заповедный Мир освободить от напасти.

Сбирайтеся вы, голубки, к вечеру ко мне на поляну. Я заслонной чертой её оградила. В избе и покалякаем о том о сём.

– Слетаю тогда к Кощею и Водяного кликну по пути, – засобирался Горыныч.

– Ну вот и славно. А мне вертаться на поляну надобно. Не след надолго оставлять Нику, хоть она с Баюном да за обережным кругом, а всё ж неспокойно мне чавой-то, – проговорила тихо Яга и направилась к ступе, стоящей неподалёку.