Тридевятый квест

Убедившись, что гостья спит, Яга поманила рукой Баюна на крыльцо, и они зашептались, склонившись друг к другу.

– Котейка, дорогой, чёй-то совсем неладное творится. Чуяла я, что не запросто так девонька попала в наш лес. А надысь сила неведомая, тёмная закрыла ей ход за врата в мир людей.

– Мяу, Яга, когда вы пришли, я почувствовал что-то чужое и недоброе за вашими спинами. Даже шерсть на моём загривке дыбом встала.

– Ох, Баюн, как жа я, дурында старая, не смекнула об энтом в первый же день! – посетовала на себя Яга.

 – Немедля надо было гостью отправить назад к её миламу. А я развесила губы… Ну да что таперича локти кусать.

– Как же отправить её назад?

– А таперича мыслю, что надобно погодить, – зашептала Баба Яга. – Нельзя ей с поляны уходить. Я кругаля сотворила заслон огненный. Никто не проникнет на поляну, и туточки, в круге очерченном, Нике ворог не страшен. Чую за деревьями зло. Не ведаю, кто или что оно есть, а токмо чернота в нём.

– Я и сейчас чувствую, что этот кто-то рядом, – произнёс Кот, озираясь по сторонам.

 – А что мы Нике скажем?

– Завтра и обскажу ей об энтом, а таперича пошли баиньки. Ты, котейка, прислушивайся. У тебя чуйка и слух отменные.

Они вошли в избу и уже не видели, как на другом конце поляны заклубился дымок. Это означало, что через заслонную черту огненную кто-то пытался пройти.

Глава 7. Беспокойная ночь

Макс  до вечера так и не отзвонился. Значит, у Лёвки будет время в запасе, чтобы доиграть. Но и на следующий день от Макса ни гу-гу, и Лёвка уже не знал, куда себя деть.

Была бы здесь Ника, как раз воспользовались бы перерывом и сходили на реку. Вспомнил о загадочном номере, и настроение совсем пропало. Поплёлся к бабушке, предложил чем-нибудь помочь, но она заулыбалась и сказала, что все дела пока переделала, а вот клубнику он может собрать. Она вручила внуку глубокую миску со словами: «чтобы наелся вдоволь, а потом уже собрал».

Плантация клубники у бабули была огромная, и Лёвка действительно наелся до отвала и набрал полную миску с горкой.

Решил сбить оскомину и попить чай.

Бабушка рада была попотчевать внука. Лёвка слушал её рассказы о деревенских делах, уплетая оладьи со сметаной, а очнулся от её вопроса:

– Лёва, отчего невесел? С Никой помирился?

– Да, бабуля, – поторопился ответить, избегая новых вопросов, – я пойду в беседку.

Потянулся от сытости и направился в сад. Увидел кресло под деревом и вспомнил, что Ника сидела в нём как раз перед тем, как они поссорились.