Пропала дочь президента

– Кто меня ищет? – осведомился комендант хорошо поставленным голосом бывшего тренера. – Вы?

– Да. – Лев Иванович достал удостоверение и показал мужчине. – Полковник Гуров, Главное управление уголовного розыска МВД России. А вы…

– Стас Ревякин, – кивнул головой мужчина. – Я тут комендант вроде. Или управляющий. Или завхоз, как считать.

– Где мы можем с вами поговорить? У вас есть тут какое-нибудь подсобное помещение?

– Ну откуда! Элитный дом, тут каждый метр на счету, все, что модно, в аренду сдано или продано.

– Ладно, я понял. – Гуров кивнул на свою машину: – Пойдемте сядем, не стоя же разговаривать.

Ревякин послушно двинулся к машине, попутно бросая придирчивые взгляды то на стены дома, то на окна магазина в цокольном этаже, то на ступени крайнего подъезда. Гуров уселся за руль и повернулся так, чтобы удобнее было разговаривать, видя лицо и глаза собеседника.

– Скажите, Станислав, вы сколько уже работаете… э-э, по обслуживанию этого дома?

– Да как построили, так и работаю. Только я не на один дом, у меня их два. Вон тот тоже мой. В смысле, в моем хозяйстве. Застройщик их не передает ни в какое ТСЖ, сам занимается эксплуатацией. А я вроде как от него тут. Если какому ТСЖ сейчас эти дома отдай, то сразу хана территории и домовым коммуникациям. Халтурщики! Им лишь бы деньги получать с жильцов. А наши платят немало, по общегородским меркам.

– Станислав, я вас понял и должность вашу тоже, – перебил Гуров делового мужчину, который, видимо, ни о чем, кроме своего хозяйства, и говорить не может. Наверное, такой тут и нужен. Да и для Гурова он как раз подходит, если его осведомленность о жильцах так же высока, как и о внутридомовых коммуникациях. – Скажите, вы всех жильцов этого дома знаете?

– Да, практически, – не задумываясь, ответил комендант. – Тех, кто с самого начала живет, получше знаю, а кто недавно въехал, тех…

– Вы семью Зайченко из тридцать седьмой квартиры хорошо знаете?

– Опа! – мгновенно прищурился Станислав, и Гуров тут же понял, что парень, видимо, сидел.

Гуров на этот раз воздержался от комментариев и не стал перебивать собеседника. Что-то там Станиславу стало понятно, вот пусть и разовьет свою мысль без дополнительных наводящих вопросов.