Рандеву с петлей на шее (сборник)

Комната на троих у черта на куличках! Кругом грязь, бардак, тараканы – фу!

Крячко окинул взглядом комнату и снова мысленно хмыкнул. Анастасия перехватила его взгляд и сказала, оправдываясь:

– У меня просто времени не было все тут прибрать. Я же не знала, что вы придете. А так-то у меня всегда порядок.

– Чем же ты так была занята, девонька? – поинтересовался Крячко.

– Я… Я… – Настя пыталась на ходу что-то сообразить, но не смогла и выпалила: – А вам-то какое дело?

– Да лично мне, в общем, никакого.

– Я вообще-то учусь! – предъявила Настя козырь, как ей казалось, железный.

– Вот как? – удивился Крячко. – И где же?

– На курсах! Я в институт поступать собираюсь! Поэтому у меня и времени нет! Я за учебниками сижу!

Она выудила откуда-то из груды вещей потрепанную книжку и предъявила ее Крячко.

Станислав перелистнул первую страницу с расплывшимся библиотечным штампом, потом посмотрел на обложку.

– Я в медицинский поступать буду! – с гордостью проговорила Настя, отбирая у Крячко книжку. – Для этого и на курсах учусь. На платных.

– М-да. Трудно тебе придется, – вздохнул Крячко.

– Это почему? Намекаете, что ума не хватит?

– Насчет ума не знаю, а вот денег, боюсь, не хватит. Тебе же курсы, поди, Водопьянов оплачивал?

Настя насупилась. До нее дошло, что с кончиной Водопьянова заканчиваются и деньги.

– И квартирку, я так понимаю, оплачивал твой… поклонник…

– Оплачивал, конечно! А как же иначе? – недоуменно развела она руками. – Мы с ним сразу об этом обо всем договорились. Я здесь живу, а он со своей семьей, и это никак друг друга не касается.

– А кроме оплаты этой квартиры и курсов ты получала что-нибудь от Водопьянова за то, что с ним спала? – Крячко не стал деликатничать и выбирать выражения.

Но Настю, казалось, подобные формулировки совершенно не смущали. Она явно была девушкой без особых комплексов, предпочитавшей во всем четкую договоренность «ты мне – я тебе».

– Ну, как сказать… Получала, но в основном ерунду всякую. Кафе там, рестораны, подарки иногда… Не очень-то и дорогие. Они же жадные все! Старые мужики, в смысле. Да и молодые не лучше! – презрительно махнула она рукой.