Пуля любит свою жертву

 – Сыщик не собирался так просто отступать. – Помоги мне, Дим.

Кайлановский взял стакан, задумчиво взболтал содержимое, но пить пока не стал. Его отрешенный взгляд в эту минуту был устремлен в одну далекую точку.

– Мы брали Гамсахурдия. Я сам его брал. Я руководил в то время специальным батальоном. Потом у меня был с ним приватный разговор, суть которого передать не могу. Да и тебе это никак не поможет в твоем расследовании. С чем бы ни был связан приезд Гамсахурдия в Москву, к той истории он никакого отношения не имеет.

За это я готов поручиться.

Гуров не стал спорить. Если Кайлановский говорил о чем-то уверенно, значит, так оно и было. Тем более что несложно было догадаться, о чем шла речь. «Та история» была связана с вербовкой Джамала Гамсахурдия. Удачной она была или нет, это действительно не касалось полковника Гурова.

– А второй? Таймураз Зарандиа?

– Я с ним не встречался. Слышал о нем, конечно, но личного знакомства не было. – Кайлановский все-таки допил виски, прошел к сейфу и спрятал в него бутылку вместе с пустым стаканом.

Второй стакан с невыпитым виски все еще стоял перед Гуровым. – Если хочешь знать мое мнение, старик, убийство Гамсахурдия связано с торговлей наркотиками. Я уверен в этом процентов на девяносто девять. Он и тогда промышлял наркотой, но без особого размаха. С тех пор прошло семь лет. Полагаю, за такой срок Джамал успел развернуться. Даже до Москвы добрался…

Гуров не услышал для себя ничего нового. Лишь подтверждение собственных умозаключений.

– Тебе известны какие-нибудь из его московских связей?

– Нет. – Кайлановский занял место за рабочим столом. – Для меня его приезд сюда – большой сюрприз. Ну, в том смысле, что… Не могу сказать, что я сильно удивлен, но какие дела у Джамала могли быть здесь, я не знаю.

– А круг его знакомых вообще? Друзья, родственники…

– Родственники… – Кайлановский почему-то грустно усмехнулся. – Родственников у Гамсахурдия нет. Давно уже нет. Его родители умерли, когда им с братом было не больше семи лет.

Оба воспитывались в детском доме. А в 2007-м, как раз накануне того конфликта, погиб и брат.

– Как он погиб?

Кайлановский покачал головой:

– Закрытая информация. Прости.

– Политика?

– Можно и так сказать, – последовал уклончивый ответ.

– Ясно. А как насчет друзей?

– Здесь, в Москве? Или вообще?

– Ну, про Москву ты ничего не знаешь, как я понял. – Гуров машинально крутил стоящий на столе стакан с виски. Но пить явно не собирался.