Пропавший голос

– Давайте я просто продолжу доклад и озвучу все оперативно-разыскные мероприятия, которые проведены мною на настоящий момент, – устало предложил начальнику Гуров. – Если в итоге вы решите, что состав преступления в деле отсутствует, то я просто отправлю гражданку Лахновскую домой. Пусть мурманские коллеги разбираются с этой историей на месте.

– Разыскные мероприятия? Я думал, ты только с матерью успел пообщаться. – Орлов был явно удивлен.

– Петр Николаевич, вы меня столько лет знаете. – Гуров едва сдержался, чтобы осуждающе головой не покачать.

 – Неужели вы думали, что я пришел к вам, не отработав как следует все факты, которые имеются в моем распоряжении?

– Ладно, Лева, не лезь в бутылку. – Орлов перешел на неофициальное обращение. – Я прекрасно знаю, что поспешные выводы не в твоем стиле. Давай свои факты.

– Сначала я тоже думал, что девушка просто сбежала из ненавистного города в поисках красивой жизни, – начал Гуров издалека, против своего обыкновения. – По словам матери выходит, что Мурманск барышне поперек горла встал, поэтому она оттуда и сбежала.

Там она вела себя совсем по-другому, свои запросы по большей части удовлетворяла собственными силами. Стипендия – доход не большой, но стабильный. К тому же Ольга подрабатывала пением в тамошнем ночном клубе. Но одно дело Мурманск, и совсем другое – Москва. Не рассчитала свои силы, провалилась в конкурсе, работы не нашла, а домой возвращаться не хочет.

– Хотелось бы ближе к делу. – Орлов выразительно постучал пальцем по циферблату наручных часов.

– Понял, – коротко проговорил Гуров. – Постараюсь покороче.

Он доложил генералу, что в рассказе Зинаиды Гилимовны его насторожили сразу несколько моментов.

Первый: зачем девушке отказываться от мобильной связи? Ради экономии? Сыщик уточнил этот вопрос у матери. Оказалось, что за это платила не Ольга, а она. Вне зависимости от того, пользовалась дочь аппаратом или нет, сумма не менялась. Тариф был подключен на два номера.

Тогда зачем от него отказываться?

Второй вопрос: почему девушка дала матери неверный адрес? Было бы понятно, если бы она просто поменяла место жительства, но ведь в той квартире, о которой знала Зинаида Гилимовна, Ольга не жила ни одного дня. Если с этим не сложилось изначально, то почему бы так и не сказать матери? Если бы дочь не хотела, чтобы та знала, где ее искать, то не говорила бы ничего изначально.

Следующая тема: сама суть поездки.