Проклятый дом

– А вы когда узнали о гибели Кириллова?

– Я вчера утром приехал сюда, когда Светлана Павловна позвонила в полицию и сообщила о гибели мужа. Приехал я, а затем и целая бригада криминалистов. Мы тут все внимательным образом осмотрели и пришли к заключению, что насильственной смерти не было. Стало быть, нет причины проводить расследование.

– Зачем же вы в таком случае сейчас приехали?

– Просто из уважения к покойному и его вдове, – ответил Кузнецов. – Игорь Сергеевич был в нашем городе не последним человеком.

Я думаю, на кладбище и губернатор приедет, и кто-то еще из руководства.

– Понятно, понятно… – кивнул Гуров. – Отдать последний долг, проститься – и забыть… А вот я считаю, что причины для расследования есть. И главная причина – странное поведение хозяина дома в ночь его гибели. А также его просьба о помощи, обращенная ко мне.

– А, вы об этих загадочных явлениях! – усмехнулся майор. – Всякие шорохи, тени, призраки… Не знаю, как у вас в Москве, а у нас в провинции полиция не занимается охотой за привидениями.

Мы занимаемся реальными явлениями и реальными преступниками.

– Хорошо сказано, – в свою очередь усмехнулся Лев. – Только в какую графу вы занесете гибель домашних животных – в графу «шорохов и призраков» или в реальные явления?

– Это вы о каких домашних животных? – удивился Кузнецов.

– Я вижу, вы не поинтересовались, что происходило в этом доме в последние месяцы. А я поинтересовался. И узнал, что за последние несколько месяцев в доме погибли все жившие здесь животные – собака, кошка, канарейка, волнистые попугаи… Причем причина смерти собаки и кошки была не какая-то загадочная, а вполне себе реальная: собаку кто-то разорвал на части, а кошке свернули шею.

Кто это сделал – призраки? Вот мой друг Игорь, кажется, так и думал. И начал всего в своем доме бояться. Стал плохо спать по ночам, выходил на лестницу… В итоге упал с нее, и сердце у него не выдержало. А вы говорите – шорохи… Нет, майор, тут не шорохи, тут действует чей-то преступный умысел. И я хочу узнать, чей именно.

– Да, если так, то… – неуверенно произнес Кузнецов. Теперь он уже не выглядел таким уверенным в себе, как в начале разговора.

– А больше всего меня беспокоит, что эта неизвестная нам преступная сила не успокоится со смертью Кириллова, – продолжал Гуров. – Я беспокоюсь за жизнь Светланы Кирилловой и ее детей. Вот как обстоят дела, майор. Вот почему я намерен здесь задержаться на несколько дней. И предлагаю тебе присоединиться к моему расследованию.