Темное озеро

Она успела полюбить Сент-Луис, но все еще боролась с осознанием зачастую непостижимой, но, казалось бы, врожденной социально-экономической, расовой и религиозной стратификации, создававшей горожанам множество проблем, как психологических, так и физических и территориальных.

– О какой это проверке ты упомянула?

– Литературный факультатив в этом году ведет журналист, и они расследуют случившееся в ходе курсового проекта. Кэссиди, кстати, уже начала доставать нас допросами.

– Уж не повторится ли история? – усмехнувшись, спросила Джорджина.

– В каком смысле?

– Только в том, с каким увлечением ты сама когда-то училась на литературном факультативе.

– Наверное, какова мать, такова и дочь, – ответила Энди, постаравшись придать голосу всю беспечность, на какую только была способна.

Выехав на шоссе, Джорджина наконец выудила из кармашка торпеды помаду любимой фирмы и подкрасила губы.

– Полагаю, она в курсе того, что в выпускном классе ты училась у Далласа?

– Разумеется, – небрежно произнесла Энди.

– Включая и то, что он был неотразимым красавчиком? – кокетливо протянула Джорджина, тоном своей же семнадцатилетней версии.

– Не думаю, что ей необходима столь незначительная информация, – заметила Энди, нервно сменив позу. – А ты действительно думаешь, что он был таким неотразимым?

– А ты разве нет?

– Не я же флиртовала с ним напропалую, – с запинкой парировала Энди, чувствуя, как эти слова застревают у нее в горле.

– Ну, в школе я флиртовала со всеми… Слава богу, ты удачно сыграла для меня роль свахи.

Энди действительно не раз направляла взоры подруги в нужном направлении. В выпускном классе она способствовала тому, что Джорджина начала встречаться с Томми Харкинсом, сообщив, что тот постоянно украдкой поглядывает на нее во время занятий поэзией. И способствовала ее новому роману в университете, когда подруга приехала из колледжа Тринити на выходные: Уильям, клевый умник из студенческого братства Йена, питал слабость к дерзким рыжим красоткам.

Как и ожидала Энди, их любовь вспыхнула с первого взгляда, и теперь Джорджина вела благонравную жизнь со своим муженьком, успешным адвокатом, и их рыжеволосыми отпрысками.

– А что сама Кэссиди думает о нашем когда-то любимом Далласе?

– Любимом? Говори за себя. – Энди заставила себя игриво похлопать подругу по плечу.