Темное озеро

– Д-даллас, – запинаясь спросила Кейт, – что, если человека дико пугает много разного?

– Давайте начнем с одного личного страха. Слабо??

Услышав вопрос, Джорджина, которая прямо сейчас сидит на кровати напротив меня и тоже пишет дневник, пожевывая прядь волос, и несколько других девушек захихикали.

У Далласа Уокера определенно имелось преимущество перед остальными учителями, но я не собиралась заискивать перед ним или его якобы поэтическим «обаянием». Воспользовавшись гарантией анонимности, написала именно то, что он предложил нам.

Все мы довольно быстро записали по одному из наших сокровенных страхов, передали по рядам листы с заданием на учительский стол и молча сидели, наблюдая, как он просматривает наши пятнадцать ответов и складывает их в стопку на край стола – правда, один из них оставил перед собой.

Опять улыбнулся. На сей раз более широко.

– Поэзия должна пугать вас, – прохрипел он и взглянул, могу поклясться, прямо на меня. – Она чертовски пугает и меня самого.

4 сентября 1996 года, среда

Мне хотелось, чтобы Даллас (почему, интересно, так трудно даже мысленно называть учителя просто по имени?) задал нам трех-пятистраничную работу на тему аналитического сравнения поэзии Уильяма Карлоса Уильямса[5 - Уильям Карлос Уильямс (1883–1963) – один из крупнейших американских поэтов.] и Уильяма Батлера Йейтса[6 - Уильям Батлер Йейтс (1865–1939) – ирландский англоязычный поэт, драматург, лауреат Нобелевской премии по литературе (1923).

– Я хочу, чтобы вы написали стихотворение об упомянутом вами страхе, не называя его, однако, и опять же, не подписывая свои сочинения.

– А как же вы сможете оценить их, если мы не укажем наши имена? – спросил Филип. Кто бы сомневался.

– Если вы сдадите хоть что-то, то получите, безусловно, удовлетворительные оценки.

Учитывая то, что я читала о нем, мне не хватило смелости спросить, что именно он подразумевает под удовлетворительными оценками.

– А можно использовать синонимы? – спросила Джорджина.

– Не знаю, – ответил Даллас, – а вы как считаете?

Она хихикнула, на сей раз кокетливо.

Джорджина не понимает, какая она симпатичная, несмотря на то что я постоянно говорила ей об этом. И, по-моему, все из-за ненавистной ей рыжей шевелюры. К счастью, она не только умело флиртовала, но и знала все обо всех.