Полицейский ринг

Вскрытие ничего не показало, хотя задание давалось обычное комплексное, без дополнительных глубоких исследований на конкретные вещества в организме. Естественно, что вскрытие показало просто сердечный приступ, остановку сердца. Короче, ничего не показало, только возможные последствия огромных перегрузок, характерных для большого спорта.

– Так, – задумчиво проговорил Орлов, – уже интересно. Человеку угрожали, человек умер. Сами по себе эти факты могли совпасть. Но каков смысл в убийстве бывшего спортсмена? Чем ему угрожали, что от него требовали, кто именно ему угрожал? Если есть ответы на эти вопросы, то дело мне видится почти раскрытым.

– Думаю, что ответов на них нет.

– Ты не спросил следователя об этом?

– Нет, я не стал спрашивать. Во-первых, Петр, не стоить давить на следователя и даже из благих намерений не стоит заставлять его нарушать служебный долг. А во-вторых, если бы у него были ответы на эти вопросы, то он бы не сомневался, возбуждать уголовное дело или нет.

– Мотив, Лева, мотив!

– Помимо чисто бытовых мотивов или пресловутого конфликта с кем-то из «крутых» на дороге, за ним может тянуться след из его прошлого. Он служил в спецназе. Точнее, был там инструктором по боевому самбо. А потом готовил и других спортсменов. Мне кажется, что в этом прошлом можно найти достаточно острых моментов.

– Что сказал Иванчук? Или ты его тоже не спрашивал и ждал моего приказа?

– Не язви, Петр, – улыбнулся Гуров, – тебе это не идет. Иванчука я допрашивал. И тебе будет интересно узнать, что не я его вызывал к себе, а он сам позвонил и попросил о встрече. Пришел за помощью, потому что не считает себя виноватым в смерти Лобачева.

– Ты ему поверил? То, что пришел сам, еще не факт, что он невиновен. Ты знаешь, что мир рождает порой такие актерские таланты, что никаким Станиславскому с Немировичем-Данченко не снились.

– Ты знаешь, в чем-то я ему поверил. Он сильный мужик, он бы сам разобрался. Такие за помощью не бегают.

– Но он-то пришел!

– Есть у меня подозрение, что он пришел не столько затем, чтобы я ему помог, а хотел вывести нас на своих врагов. Подставить под удар правосудия того, о ком мы с тобой еще не знаем. Возможно, он прекрасно знает, что стоит за смертью Лобачева, но скрывает.