Не играй с нами, девочка

Не прошло и минуты, как Марк развернулся и подозвал ее. Кто-то из бойцов тут же открыл дверь, не давая ни мгновения на сомнение. Анна спрыгнула с подножки и пошла к Марку. Нет, не к нему… Ее ждали те двое. В чем его план? Во что она поверила? Марк сам сказал «важный человек». Он же отдаст ее. И уедет! Ее просто привезли на место для сделки.

Она оглянулась и попыталась найти взглядом Севера, но тот затерялся в толпе.

– Вот и Анна, – сказал Марк, когда она все-таки добрела.

Он железной хваткой взял ее руку, словно почуял ее тревогу.

– Анна, – криво улыбнулся мужчина напротив.

Оказывается, до этого ей не было страшно. Вот сейчас другое дело. Ужас буквально полыхнул в лицо вместе с его мерзким оскалом.

– Я готов оплатить все неустойки, – заговорил Марк. – Все ваши потери.

Мужчина неопределенно кивнул и потянул к ней руку. Вот это уже совсем плохо.

– Она не поедет с тобой, – отрезал Марк.

– Мы договаривались о другом.

– Повторяю, я готов расплатиться деньгами, и я уже расплатился гордостью.

– Это мне решать.

– Я притащил свою женщину по твоей прихоти! – Марк разыграл срыв крайне убедительно. – Она стоит здесь и дрожит от страха! Хватит уже.

Мужчина рассмеялся.

– Кого-то тронуло это дерьмо? – он картинно огляделся по сторонам.

– Остановись. Ты и так унизил меня.

– Мы договаривались по-другому.

Марк, сам того не заметив, до боли сжал ладонь Анны. И она вдруг поняла, к чему все идет. Еще секунда и начнется стрельба, все как он и думал.

И она рискнула. Решение вспышкой родилось в ее голове. Анна, поддавшись порыву, вырвала руку из ладони Марка и быстро шагнула к мужчине.

Глава 8

Марк ничего не мог поделать. Он беспомощно смотрел, как мужчина схватил Анну и теперь уводил ее. Он рефлекторно сделал шаг за ней, но второй охранник выставил руку.

– И без погонь, – сказал он. – Не надо нервировать нас.

Больше Анна ничего не увидела, она вдруг оказалась в других руках. Ее ноги потеряли землю, кто-то поднял ее и понес, плотно прижав ее лицо к своему плечу.

Все-таки странно она устроена. Когда всё складывается наихудшим образом, ею вдруг завладевает беспросветное безразличие. Ведь допрыгались уже, чего теперь паниковать? Уже всё тут, на том самом блюдечке с той самой каемочкой.