Не играй с нами, девочка

Она уселась в его ногах, положив голову на кресло рядом с его коленом.

– Сука, я идиот! – вдруг бросил он.

В нем ярким пламенем вскипела злоба, которую он сдерживал кое-как последние полчаса. Почудилось даже, что ее можно потрогать.

– Думал, удастся провернуть все по-тихому, чтобы никто не узнал. И я даже не понял, что вся эта карусель с покушениями на босса из-за меня!

Анна же поняла, что брат не уснет, пока не выговорится.

– Что такое третий квартал?

– Наша территория поделена на кварталы. Рынки сбыта.

– Наркотики?

Этого она боялась больше всего. Она никогда не расспрашивала брата, чтобы продолжать смотреть ему в глаза, но видела тревожные звоночки и прекрасно понимала какую нелегальную мелодию они напевают.

– Нет, – он качнул головой. – Фармацевтика, синтетика. Для ночных клубов… Часть последней партии Марк забраковал, но я нашел покупателя на нее в третьем квартале.

– И никому не сказал?

– Ее списали, и там было немного. Да, я облажался, – выдохнул он, уже беспомощно, для злости у него больше не оставалось сил.

– А ребята оказались серьезные и злопамятные.

– Они предложили слишком хорошую цену, я не удержался и решил рискнуть.

– Но почему сразу пытаться убить? Почему они не вышли на Марка?

– Не знаю. Хотя может они и пытались, а он их отшил, подумав, что на него хотят повесить чужие грехи.

Отлично.

– Он не простит такого, ты же подставил его, – бросила Анна.

– Главное, вытащить тебя. Тебя сфоткали с ним, и ты моя сестра…

– Так вот какая она, популярность.

Хотя ей было не до смеха. Избиение Марком уже казалось детской шалостью, все могло сложиться много хуже. И где брат найдет помощь? Вряд ли, сейчас выстроится очередь из желающих протянуть руку. А время шло.

Она не успела довести себя до нервного тика, потому что донесся звук ключа, который проворачивался в замке.

– Эй, есть кто? – позвал незнакомый голос из прихожей. – Меня Север прислал.

Шаги приближались.

– Я войду?

– Ты один? – спросил брат, продолжая целиться.

– Да. Ты меня не знаешь, хотя мы пару раз пересекались.

Он появился в проходе, невысокий крепкий мужчина лет тридцати, бритый наголо.

– Ого, как тебя отделали, – поежился незнакомец.