Охота на мачо

 – Сейчас ведь это вполне престижная профессия… Хороший бухгалтер на вес золота. Вон в любую газету загляни, и везде требуются…

Гуров продолжал пристально разглядывать хозяйку квартиры. Марина Иннокентьевна, как уже знал полковник из ее же собственного заявления, по профессии была обычным вахтером в каком-то полурасформированном Доме культуры. Неудивительно, что она во многом сохраняла старые совдеповские взгляды на жизнь и на то, что сейчас является приоритетным.

– Да, это верно. – У него не было ни малейшего желания дискутировать на эту тему.

 – На каком курсе сейчас Ирина?

– Перешла на четвертый. В следующем году уже должна окончить. Сессию сдала на «отлично». Знаете что говорил мне о ней педагог по бухучету?

Невольно складывалось такое впечатление, что женщина готова была говорить о чем угодно, за исключением того, что действительно интересовало пришедших к ней людей. Возможно, это была форма защиты от свалившейся на нее неприятности, но Гуров решил проявить жесткость.

– Марина Иннокентьевна, – твердо произнес он, – это все понятно.

И я обещаю вам, мы непременно потолкуем на эти темы, когда выясним основное. А сейчас вернемся все-таки к самому факту исчезновения вашей дочери. Вы сказали, в понедельник днем она, как обычно, была в училище. А что потом?

– Потом… – Гордеева чуть вздрогнула. – Потом она пришла домой, поужинала… Хотя не то чтобы поужинала. – Женщина смущенно и вроде как виновато пожала плечами, – перекусила, можно сказать, на ходу. Один или два бутерброда… Она торопилась на свидание и сказала, что поужинать у нее сегодня наверняка представится возможность.

Я не стала настаивать…

– Стоп! – Полковник выставил вперед широкую ладонь с плотно прилегающими друг к другу пальцами. Словесный поток Гордеевой мгновенно оборвался, и она как-то испуганно покосилась на Гурова. – Ира собиралась на свидание?

– Да. В половине восьмого. С него-то она и не вернулась. – На глаза Марины Иннокентьевны навернулись слезы. В очередной раз она переживала в своем материнском сознании события того вечера и бессонной для нее ночи.

 – Я прождала ее до половины второго ночи. Затем дважды звонила ей на мобильный, но Ирочка не отвечала…

– Не отвечала на звонок или телефон был недоступен? – уточнил Крячко.

– Гудки были, – подумав пару секунд, ответила женщина. – Значит, не отвечала. Верно?

– Верно, – подтвердил Гуров. – Что было потом?

– Утром я позвонила в милицию, но мне сказали, что оснований для подачи заявления нет.