Полицейский звездопад (сборник)

– Так я и думал, что это ты, Оксаночка! – воскликнул хозяин. – Хорошо, что навестила! Да не одна, гостей привела! Заходите, заходите, гостям я всегда рад!

Вслед за девушкой оперативники вошли в прихожую.

– Вот, Тарас Григорьевич, знакомьтесь, – сказала Оксана. – Это Лев Иванович Гуров, а это Станислав Сергеевич Крячко. Они из Москвы. Приехали сюда по одному важному делу, и им требуется ваша помощь.

Гуров подал руку хозяину. Ладонь у него была под стать росту, а жесткостью напоминала лопату.

– Рад знакомству, – сказал он.

 – А раз прибыли по делу, к тому же, если помощь требуется, тогда еще лучше. Проходите в комнату, а я сейчас чайник поставлю.

– Может, не надо беспокоиться? – заикнулся было Гуров. – Время позднее, да и пришли мы ненадолго.

– Надолго ненадолго, а без чая какой разговор? – ответил на это хозяин, удаляясь в глубь квартиры – видимо, на кухню.

Оперативники вслед за Оксаной вошли в комнату. Это было просторное помещение, и оно казалось еще просторнее из-за высоких потолков и малого количества мебели: здесь стояли только кровать, шкаф да огромный стол почтенного возраста.

Большую часть стола занимал компьютер с монитором и звуковыми колонками, но сбоку была застелена клеенка. Скорее всего, здесь и предполагалось чаепитие.

Когда гости уселись, появился хозяин с чайником в руках.

– Кипяток у меня почти готовый был, – сказал он, – а чай мы сейчас свежий заварим.

Оксана взялась ему помогать, и вскоре на столе появились простенькие чашки, сахарница, тарелка с сухарями и блюдце с вареньем.

– У нас к вам действительно важное дело, – начал Гуров, но хозяин прервал его:

– Нет-нет, пока чай не разолью, никаких дел. Вот, вам как – покрепче или послабее?

– Можно и покрепче, – кивнул Лев.

– Это правильно! – одобрил Козенко. – А то некоторые говорят: «Вы, Тарас Григорьич, мне чуть-чуть плесните, а то я за печень боюсь. Или за цвет лица». Ну что это такое? Это значит, человек в чае ничего не понимает, только напрасно замечательный продукт переводит.

А если этот человек в чае не понимает – может, он и во всем остальном такой же знаток? Это, знаете, много о человеке говорит… Чай, он и должен быть чаем…

С этими словами он налил Гурову крепчайшего, но при этом янтарно-прозрачного напитка. По комнате разлился характерный аромат. Гуров понял, что хозяин действительно умеет заваривать чай.

Наконец чай был разлит по всем чашкам, и ничто больше не отвлекало от разговора.