Только Ты

На ней же не написано, что она твоя, – молодой человек даже и не пытался больше предъявить на меня свои права, подняв руки в примирительном жесте, но в его тоне не было и тени уважения.

– Я тебе это сейчас на лбу напишу, – голос Грекова звенел от злости, и было сразу видно, что между ними личный конфликт.

– Ну, попробуй, – он сделал шаг вперед, и я реально испугалась что сейчас что-то будет, но оказавшиеся поблизости друзья отчаянного парня быстро стали уводить его, и конфликт не разросся.

Меня быстрым шагом возвращали в VIP-комнату, грубо удерживая за руку, и страх от того, что я чуть не стала причиной конфликта, моментально перерос в злость.

Злость на Грекова за то, что он попытался сейчас запретить мне общение, причем сам этим не страдал нисколечко.

– Где ты был все это время? – задала  вопрос, повышая голос, и вырвала свою руку из его захвата.

– Выходил с парнями … – удивленно уставился он на меня, останавливаясь.

– Я не об этом. Где ты был все эти несколько дней, пока не звонил мне? – перебила.

– Я же тебе уже говорил, у меня были дела, – и он продолжил движение, не забыв опять подцепить меня за руку, и я чувствовала, как градус его возмущения увеличивается.

Я не успела продолжить свою гневную тираду, потому что мы уже зашли в комнату, и недовольно плюхнулась в свое кресло. Вся женская половина сразу же обратила внимание на мое состояние, я прямо чувствовала, как они прожигают меня своими наглыми глазищами.

– Держи, будешь еще? – я подняла взгляд и наткнулась на ехидный.

Девушка протягивала мне трубку от кальяна, отчего я непонимающе подвисла слегка. Что значит, будешь еще? Я вообще-то этим и не занималась. Ни сейчас, ни вообще.

Но за меня в очередной раз решили, не спросив.

– Она больше не будет, – произнес Греков, перехватывая протянутую мне палочку.

– Никогда, – а вот это он произнес уже мне в самое ухо, зловеще так, добавляя в свой голос леденящих ноток для устрашения.

Но образовалось одно большое «но». Это был мой предел на сегодня.

Последний запрет в череде остальных, выставленных Грековым, тем более абсолютно не по моей части. Но меня это взбесило, и, резко подорвавшись с кресла, я направилась к выходу. Он просто ничего не успел предпринять, руки были заняты, и сейчас меня даже не волновало, пойдет он за мной или нет.

Бывают такие моменты, когда злость перечеркивает все остальные чувства, заглушает их напрочь, и именно в этом состоянии я сейчас и находилась.