Девочка Серого. Часть 3

– Номер мне свой оставь, с тобой мой помощник свяжется, а для проверки твоей профпригодности попрошу узнать для меня одну информацию, – эта идея зародилась у меня спонтанно, но очень вовремя.

Я попросил Дениса узнать, где похоронили моего сына. К Монике по этому вопросу я обращаться больше не желал. Хотел, чтобы это был мой личный вопрос, без ее участия. Только я и мой малыш. В этот момент меня как будто тисками сдавило, похлеще тренажера, на котором я сидел. Эти чувства теперь никуда не уйдут, а останутся со мной навсегда, выстреливая редкими воспоминаниями.

– Понял, сделаю.

12.

– Оно вам надо, Сергей Александрович? – спросил меня мой помощник Олег, и по совместительству неизменный сопровождающий по командировкам в Германию из-за знания языка.

Собственно, он уже давно перерос статус просто помощника и имел права голоса по некоторым моментам.

– Если я говорю – значит надо. Твоя задача проконтролировать открытие сыскного агентства и докладывать лично мне.

Времени до вылета оставалось немного, и мы решили отложить этот вопрос. За нами прислали машину и когда мы поднялись на борт частного самолета, я был неприятно удивлен, увидев в составе всех прочих директоров – Монику. Она же говорит по-русски, собственно, все объяснимо, но от осознания этого лучше мне не стало. Ее присутствие неумолимо напоминало мне о том, о чем вспоминать так часто мне не хотелось. По крайней мере не сейчас.

Она вела себя вполне сдержанно, но я постоянно чувствовал ее пристальный взгляд на себе.

– Мне пришлось отменить наш визит к адвокату, – сказала она чересчур расстроенным голосом, как мне показалось, присаживаясь рядом со мной.

– Ничего страшного. По возвращении ты договоришься еще раз. Сообщишь мне, и я тут же прилечу, – она не улыбалась, но по ее глазам было понятно, что она довольна моим ответом.

Моника, видимо, неправильно истолковала мое желание, которое основывалось на скорейшем расторжении нашего фиктивного брака, а не на желании увидеться с ней.

Весь перелет она пыталась поддерживать со мной ненавязчивую беседу, поддерживать которую я совершенно не горел желанием, и в итоге мне пришлось делать вид, что я чертовски хотел спать, а, по сути, весь оставшийся полет просто сидел с закрытыми глазами, погруженный в свои мысли.

Приземлившись, я лично проследил за размещением всех гостей.