Подвал с секретом

Вот и сейчас, наблюдая за тем, как отчаянно капитан Жаворонков пытается убедить его в эксклюзивности жизненной ситуации своей знакомой, Лев отстраненно размышлял о том, как, в сущности, банальны все эти истории. Банальны до тех пор, пока не копнешь.

– Лев Иванович, ну правда, ситуация патовая. Вы бы видели, в каком она состоянии! Она плакала! Нет, не плакала, она рыдала!

– Они все рыдают, Валера, в этом нет ничего удивительного или неординарного. Пропал дорогой ей человек, не плясать же теперь.

– Вы не понимаете, Лев Иванович. Фадеева, она же кремень! Я ее с малых лет знаю и ни разу не видел, чтобы она хоть слезинку проронила. Ни в детстве, ни потом. Да она и плакать-то не умеет, – горячился Жаворонков.

– Не умела, – поправил Гуров.

– Что?

– Не умела, говорю. Ведь сейчас у нее получилось, верно? Сам сказал – рыдает.

– Да, пожалуй. Неважно. Тут не философствовать нужно, а действовать. В таком состоянии долго она не протянет. – Жаворонков вновь устремил молящий взгляд на полковника: – Так как, Лев Иванович, поможете? Хотя бы выслушайте ее, о большем я не прошу.

– Валера, я тебя, конечно, уважаю, но и ты меня пойми. Пропажей людей занимается совершенно другое ведомство. И ты не хуже меня знаешь, как отреагирует Орлов. Правильнее будет обратиться к компетентным людям, которые на поиске пропавших собаку съели. В этом я тебе помогу, сделаю пару звонков, чтобы к проблеме Нины отнеслись с особым участием.

– Нет, Лев Иванович, вы не правы! У ваших компетентных людей глаз замыленный, душа очерствевшая, и вообще, нет таких способностей, как у вас, – горячился Жаворонков. – Я знаю, из каких на первый взгляд безнадежных ситуаций вы выходили победителем, поэтому верю, что помочь Нине можете только вы.

Фигура Жаворонкова, нависшая над столом, создавала ощущение, что из комнаты выкачали весь воздух.

– Сдаваться ты не намерен, – повернувшись лицом к Жаворонкову, произнес он, и слова эти прозвучали скорее как утверждение, а не вопрос.

– Не могу я сдаться, товарищ полковник. Не тот случай, – просто ответил Жаворонков.

– Ладно, черт с тобой. Веди свою Нину, поговорим.