Неправильная сказка

«Пиранья» считается клоповником, и босс почти не показывается здесь.

– Найди Нечетного, – бросает он распоряжение кому-то, после чего переводит взгляд на меня.

Я решаю повременить с разгрузкой.

– Еще живой? – шутливо бросает Марк.

– Пока да.

Марк подходит вплотную и осматривает меня с ног до головы, медленно и придирчиво.

– Нечетный сказал, чтобы я не лез к тебе, – добавляю я.

– Но у тебя есть вопросы.

– Сколько еще мне быть вышибалой?

– Переутомился?

Издевка удается ему лучше всего.

– Я имею право знать.

Марка передергивает, и он обдает такой злостью во взгляде, что мне сразу становится понятно, я выбрал недопустимые слова.

– Ты так и не запомнил, – Марк качает головой, – не уяснил.

И он поднимает руку, подзывая ребят, что застыли у машин. Двое мужчин тут же оказываются рядом. Меня сбивают с ног мастерской подсечкой, опрокинув к колесам фургона.

– Хочешь посчитать сколько? – снова говорит Марк. – Хорошо. У тебя есть деньги, так? Есть связи.

Он замолкает, и мне приходится кивать, соглашаясь.

– Но ты бежишь, сломя голову. И бежишь ко мне…

– Если бы я знал, какой ты…

Меня обрывают хлестким ударом по лицу. И отмашка босса не понадобилась.

– Я скажу тебе сколько, – Марк склоняется и хватается за мое плечо. – Четыре тела и пять пакетов.

Я знаю без него, какие ужасные дела натворил. Из-за меня погибли люди, а товар не дошел до заказчика. Но брат специально напоминает об этом и подвешивает звонкую паузу, чтобы я запомнил каждое прозвучавшее слово. После чего он выставляет руку вперед и взглядом показывает, что ждет, когда я ухвачусь за нее. Я зло вцепляюсь в широкую ладонь и рывком поднимаюсь на ноги.

– Показать фотки?

– Нет.

– Мерзкое зрелище, поверь. Там еще и девушка погибла, – Марк изображает вселенскую скорбь. – И все на тебе.

– Сколько таких на тебе? – я не сдерживаюсь, расслабленный хозяйский тон брата зверски раздражает.

Марк смеется.

– Я-то свою вину знаю. А ты бредишь сроками, думаешь вернуться куда-то.

Глава 8

Яна

Охранник останавливается рядом, и я по одному паршивому запаху одеколона понимаю, что это Стас.