Истен

На главной странице черно-белое фото. Пишут что-то о королеве. А сама она улыбается. Искренне. Я удивлен. Обычно улыбки всех диктаторов натянутые. Не знал, что королева Эшли такая красивая. Что ее красота в изящной простоте и искренности. Хотел разглядеть и других людей, стоящих за ней, но мое внимание привлек отец:

– Кайл, ты зачем пришел? – он убрал газету, куда-то под стол.

– Вы однажды говорили о милосердии. По отношению к заключенным повстанцам.

Отец выпрямился, и его радостное настроение испарилось.

– Заключенный Том Колин, готов поделиться информацией. Он уже рассказал некоторые подробности. Необходимо его помиловать и дать другие условия. Тогда я смогу узнать больше.

Отец внимательно рассматривает меня. У меня вспотели ладони, я сдержался, чтобы не вытереть их о брюки. Иначе бы, он заметил это. Я с трудом сглатываю. Ощущаю, как дрожит лицо.

Никогда так не чувствовал себя с ним.

– Хм, – он расслабился и начал убирать в полку под столом по одному листу, бросая на каждый взгляд.

– Нет, – я сделал пару вдохов-выдохов, чтобы голос не дрожал. – Вы говорили, что если кто-то и правда заговорить, то это станет уроком для других. Поможет разговорить остальных и собрать информацию.

– Кайл, зачем повстанцы нашему обществу? Чтобы внедрились и начали свою деятельность изнутри?

– Строгий контроль…

– Нет, – строго оборвал он. – Не сработает.

Я хватал ртом воздух. Благо он не смотрел на меня.

– Слушай, Кайл. Я доверил тебе это дело. Ты можешь держать его, сколько считаешь нужным, а как поймешь, что получил достаточно информации, отдай приказ о казни. Никого помиловать я не собираюсь, – отец сел за свой стол, щелкнул ручкой. – А теперь, прошу, вернись к своим делам.

– Я понял вас, отец. Сделаю все как вы сказали.

– Иди, мой мальчик.

Я выходил оглушенный. Путь до двери, казалось, отдалялся от меня. Всем своим нутром чувствовал, как отец смотрит мне в затылок.

Как я ошибался.

Но единственное, что у меня есть это время.

Я еще могу спасти его.

???

Несколько поселений затопило после ливня. Я вынужден был выехать на место и дать распоряжение по реконструкции улиц, домов и временном расселении пострадавших. Сердце глухо стучало в ушах. Я выполнял свою работу до автоматизма.

У меня нет выбора. Я должен устроить побег Тома. Он воспротивится, конечно, но если у него будет цель, надежда…

Миа.