Слезы уснувшей вечности

– Именно, – пока девушка ломала оковы, что удерживали Саргона, не проронила и слова. Но потом добавила: – Если бы не твои препирательства и недоверие, то можно было этого избежать.

Она кинула тяжелый взгляд на сохранявшего молчание короля. Тот принялся разбираться со сферами духов.

– Идем! – Лейла схватила за руку не ожидавшего такого отношения к себе мужчину и побежала на выход.

По пути им не встретилась ни одна живая душа. Выйдя из темницы на улицу, ринулись в ближайшую тень деревьев. И, не останавливаясь, Лейла начала объяснять ситуацию:

– Задерживаться тут дольше нельзя.

– А, что будет с тобой? – бывший пленник нахмурился.

– Не твое дело, – послышался тихий смешок.

Саргон хотел уже было начать выяснение отношений с непутевой девчонкой, но плотные ряды деревьев разошлись в сторону и открыли взору поляну.

– Иди!

Король остановился, смело встретив злой и недовольный взгляд Лейлы, показывая всем своим видом желание услышать ответ на заданный вопрос. Она почувствовала колебания, создаваемые магией поиска. Это означало только одно – организация ее ищет. Скоро они будут здесь, и весь план пойдет коту под хвост.

Саргон заметил ее неуверенность. Ему нужно было узнать, зачем же его враг рискует ради него своей жизнью. За такой поступок девчонку точно по голове не погладят.

– Лейла.

Она ухмыльнулась. Зачем? И сама не знала. Зачем же сейчас так рискует? Зачем подвергает себя опасности? Зачем? В любом случае Саргон слаб и от него не будет никакой пользы. И все же надежда маленьким огоньком грела заледеневшее сердце…

Мужчина не мог понять, о чем думает эта безрассудная девчонка. Что ей движет? Чего добивается? Король видел много эмоций отражающихся в глубине алых глаз, но не мог прочесть их. Он всегда умел предугадывать действия людей, подталкивать к нужному, но только с Лейлой ничего подобного не получалось.

– А зачем тебе это знать? – она ответила в той же манере.

Король молчал. Он даже себе никогда не признавался, что волнуется за девушку, что в каждом ее слове ищет малейший намек на раскаяние, за который можно зацепиться и попытаться простить ее. Если не за все, то хотя бы за большую часть. Но она его не давала.

– От скуки, – девушка пожала плечами, мол, что тут такого странного.