Отдайте сердца

Но у всех была своя правда, и для Грея она заключалась в том, что он верил, их служба нужна городу, а значит, ради нее можно пойти на многое.

– Тебя зовут Раон Кавадо? – спокойно начал Грей, двигаясь в хорошо знакомом порядке.

– Да, – процедил парень.

– Ты родился в триста десятом году в Алеонте?

Взгляд карих глаз нервно забегал по сторонам.

– Да.

– В возрасте десяти лет тебя приняли в школу Ордена жизни, верно?

Прозвучало третье «Да», и Грей быстро спросил:

– Ты убил тридцать два человека, вырезав у них сердце, так?

На лице Раона медленно проступила улыбка, как у ребенка, которому показали игрушку, и он не решался поверить, что это его.

– Да.

Убийца даже не думал отпираться. Грей хрустнул пальцами. Он работал в Первом отделении, во Втором, затем перешел в Третье – его служба началась в восемнадцать и длилась уже девять лет, он провел сотни допросов, но всегда такое откровенное признание в убийстве заставляло внутренние органы сжаться тугим узлом.

– Зачем?

Это был непрофессиональный вопрос, Грей сам знал.

Такие прямые вопросы редко давали результат, и Раон действительно замолчал, уйдя в себя. Он прикрыл глаза, точно собрался вздремнуть, однако губы зашевелились в беззвучном шепоте – молился?

Инспектор завел пружину часов, стрелка сдвинулись, и раздался громкий щелчок, больше похожий на удар. Он так привык к этому звуку, что уже перестал замечать его, но Кавадо беспокойно дернулся, а на лице появилось выражение, как у виноватого мальчишки, пойманного на краже яблок.

– Пока не прошел час, ты можешь говорить.

– А потом?

Грей промолчал. Раон покосился на циферблат, снова задвигал губами и, резко округлив глаза, наклонился вперед. Он сидел так не меньше минуты, пока не выдал короткое:

– Во имя города, – голос звучал с придыханием, если даже не с восторгом.

– Во имя города? – переспросил инспектор.

– На благо Алеонте, – Раон просиял улыбкой. – Может, его оставили короли, но не бог.

Грей не сдержал вздоха.

Странный это был город. Большой, жаркий, он неумолимо тянул свои паучьи лапы все дальше, забирая людей, традиции, религии, переплетая их в тугой клубок и переделывая на свой манер.

Алеонте называли по-разному: городом, рожденным дважды, городом, которого не должно быть, городом мятежников и даже городом бродяг. В каждом из названий была толика правды, но и ту исказили да исковеркали.

Он появился на границе, основанный беглецами двух королевств.