Отдайте сердца

– Душа Амадо…

Церковник, взмахнув рукой, улыбнулся:

– Инспектор, я знаю, что среди людей короля немногие верят в Эйна и уж точно не являются магами крови, поэтому вы можете обращаться ко мне по имени – Эйнар.

Слишком уж он самоуверенный. Грей подумал об этом не потому, что хотел поставить парня на место, а было что-то в его поведении… Он пока не мог описать это словами, но уже знал, что надо присмотреться к лидеру церкви.

– Хорошо. Мое имя Грей Горано, Третье отделение. Я пришел сюда в связи с тем, что вчера здесь была женщина по имени Гарелла Мато.

Лицо Эйнара не изменилось. Он даже не сразу понял, что Грей все сказал, и с опозданием спросил:

– Я должен ее знать? Что с ней случилось?

– Она пришла вчера в приют и попросила помощи. Сестры хотели, чтобы она ушла, но вы велели помочь ей.

Парень кивнул:

– Да. Так что случилось? Я помню ту женщину, но не знал, как ее зовут. Что с ней, что она заинтересовала Третье отделение?

Грей внимательно следил за его руками – язык тела обычно говорил куда больше, чем голос и мимика.

– Она умерла.

– Да найдет она свет, – быстро произнес Амадо.

– Почему вы велели помочь ей? Гарелла Мато кричала и напугала женщину, работающую здесь, она могла угрожать детям.

– А что я еще должен был сделать? – удивление казалось искренним. – Не каждую боль видно снаружи, и так часто люди прикрывают ее криком.

– Вы ведь маг крови, верно?

Эйнар рассмеялся:

– Конечно! Иначе бы я не занимал своего места.

– Скажите, а почувствовали ли вы, какая у нее кровь?

Мимо прошмыгнула девчонка. Не обращая на нее внимания, Эйнар ответил:

– Да, конечно. Мы слышим ее движение так же, как любой другой звук . У нее кровь была густая, застоявшаяся. Я поэтому хотел поговорить с ней после – возможно, она больна и не знает этого.

– Наверное, вы знаете, нормальное ли это состояние для человека? Может быть, вы почувствовали или увидели что-то необычное?

Эйнар на несколько секунд замолчал. Рука впервые дернулась – он задумчиво потер подбородок.

– Думаю, что нет. Эта Гарелла показалась мне напуганной и растерянной женщиной, поэтому я решил, что мы должны ей помочь.