За тобой

Я наблюдал за её дрожащими пальцами, когда она поднимала юбку, когда она расстёгивала тонкие ремешки, и как отбросила обувь.

– Переигрываешь, – процедил я и, подойдя к ней, поднял. Она была ещё меньше, чем раньше, и я хохотнул.

Невероятная нелепица! Повернув её к себе спиной, не слушая слабые протесты, просто разорвал податливую ткань гипюра, что шелковые пуговицы отлетели, открывая моим глазам гладкую белоснежную спину в белье. Она покрылась мурашками, когда мой палец повторил изгиб позвоночника, а девушка попыталась сделать шаг вперёд.

– Стой, – приказал я, и она подчинилась.

Грубо вытащил её руки из рукавов, и платье упало к ногам, образовав внизу морскую пену. Чулки с подвязками и кружевное белое бельё безупречно было подобрано. Упругие аккуратные ягодицы, стройные ноги с округлыми бёдрами. Её фигура была мастерски вылеплена и подарена природой. Но мне этого оказалось мало, слишком мало для её унижения. Развернул к себе девушку, которая утирала слёзы.

Мои пальцы коснулись диадемы, и она полетела в сторону, как и шпильки.

– Итак, отчего ты дрожишь? Ломка? – Поднял её лицо к себе.

– У нас пункт о сексе, – сипло произнесла она.

– Я не собираюсь тебя насиловать, Анна. Я, вообще, не желаю до тебя дотрагиваться. Я… – горечь во рту едва дала мне ответить. Я и вправду не знал, что со мной творится. Какая сила заставляет меня быть таким животным? Ведь с женщинами веду себя иначе, но эта была иной.

– Прикройся, – отошёл от неё и отвернулся, хотя совершенно не хотел этого.

Девушка тут же прошла мимо меня и открыла дверь в ванную, включив свет. Моё внимание привлекли красные отпечатки её ступней, и я от ужасной догадки не мог даже дышать. Медленные шаги, мои шаги, отдавались глухо внутри, пока шёл по направлению ванной комнаты. Это была кровь, её ноги были в крови, как и чулки, и только сейчас в ярком свете белой ванны увидел, почему ей было так больно стоять, двигаться, ходить.

– Анна, что это? – Спросил я её, когда она запахнула на себе большой махровый халат.

– Эм… я натёрла, неудобные туфли, – она постаралась улыбнуться, но не поверил.

– Сядь, сам хочу посмотреть, – приказав, указал на пол.

– Не надо, пожалуйста. Это пройдёт, правда, я привыкла. Всегда так после новых туфель, – она отходила от меня, ища пути к спасению.

– Я хочу знать правду, Анна.