Улей-2

Мы готовы прощать предмету собственного обожания всё и вся, лишь бы только иногда иметь возможность прикоснуться к вожделенному «принцу», пусть даже взглядом. Мы ничего не просим, не требуем, довольствуясь тем, что нам изредка швыряют. Мы очень часто придумываем себе то, чего никогда не было и быть не может. А придумав, невероятно страдаем, не получая ничего из того, что сами себе наобещали от его имени…

Вот и я наобещала. Собрав воедино обрывки ничего не значащих витиеватых слов, красивых, но пустых рассуждений, планов на будущее, коим не суждено было никогда сбыться, я сплела бриллиантовую паутину, сковавшую мою волю и моё желание всё прекратить, поставить точку.

Вечерние прогулки под полной луной, взявшись за руки. Ночи на качелях с бутылкой шампанского и конфетами. Танцы под дождём и разговоры до утра у костра на пляже. А потом мучительное ожидание новой встречи, желание услышать его голос, и ноющая боль, вызванная нестерпимым желанием прикоснуться к нему, провести рукой по горячей от солнца щеке.

Макс, умышленно или случайно, действовал по доказано-эффективному принципу: «Чем меньше женщину мы любим…». Он появлялся и снова пропадал, чтобы появиться, когда ему самому захочется. Демонстрируя подобное поведение, он был до последней степени уверен в том, что он желанен, он нужен и ему всегда рады.

Данная картина «маслом» довольно быстро меня утомила. Отсутствие внятной перспективы в отношениях, которые и отношениями-то назвать было сложно, побуждали меня к попыткам всё выяснить.

Однако расставить точки над «Й» не получалось, ибо Макс вёл себя, словно уж на сковороде. Он делал большие глаза, уходил от прямых ответов, переводил всё в шутку, снова пропадал на пару недель, а то и больше, делал вид, что не понимает, чего я от него хочу и т.д. Мне же хотелось одного: или – или. Или – пан, или – пропал, но, одного моего желания было недостаточно.

Глава 10

Таможня даёт «добро»!

В конце августа обозначился дядя Миша.

– Майя, я узнал по своим каналам, что есть одно местечко в таможне.

Пойдёшь? – поинтересовался он.

– Конечно, Михаил Семёнович! Конечно, пойду! А что это за местечко? Чем мне придётся заниматься?

– О, этого я не знаю. Туда столько блатных лезут, что будем брать то, что достанется! Тебе какая разница? Главное ведь зацепиться, а там, глядишь, всё пойдёт в гору.

Мысль о нормальной работе вознесла меня на седьмое небо! К тому же новые заботы давали шанс отвлечься от любовных переживаний и поражений.