Страницы проклятой судьбы

Нет, пошли… ну же, – парень пытался меня оттащить, но я сбросила его руку с себя и смотрела. Девушка подходила к нам медленно, обычными шагами, не плыла по воздуху, не парила, как это описывали нам. Она просто шла.

– Что ты хочешь от нас? – Испуганно крикнул Джон. Перхта подняла руку и указала на меня.

– Тебе нужна я? Почему? – Удивившись такому ответу, я ждала, когда она приблизится и остановится. И она это сделала.

– Зачем тебе я? – Повторив свой вопрос, приподняла озадаченно брови.

Она поманила нас пальцами и, развернувшись, взмахнула рукой в сторону башни.

– Она хочет, чтобы мы пошли за ней, – тихо предположила я.

– Нет, ты никуда не пойдёшь. Пойду я, а ты уходи, поняла? Уходи отсюда и звони Кире, – Джон оттолкнул меня и направился к девушке. Но не успел он сделать и пары шагов, как она дёрнула головой, и её лицо исказилось от злости. С уверенностью она начала двигаться к Джону, который в страхе отступал. Девушка вновь показала пальцем на меня.

– Не нужно, – я закрыла собой Джона, и Перхта остановилась, ведь её ярость могла быть опасной для Джона, но мне, отчего-то именно так я и думала, она не желала ничего плохого.

– Ты хочешь, чтобы только я пошла? – Спросив её, я жестами объяснила свои слова. На это девушка кивнула.

– Но я не могу одна, прости. Я пойду только вместе с Джоном, – повернувшись к парню, бледному и с панически бегающим взглядом по мне и призраку, я взяла его за руку и притянула к себе.

Перхта нахмурилась, но кивнула мне.

– Невероятно, – под властью эмоций восхищённо высказалась я, чем привлекла внимание. Она осматривала меня, и, когда её взгляд остановился на моём лбу, её рука потянулась к нему, но я шарахнулась от этого.

Покачав головой, Перхта дала понять, что не сделает мне больно, и продолжила тянуться рукой ко лбу. Я отпустила Джона, на шаг приблизившись к ней, и ощутив прикосновение её пальцев. Сначала было покалывание, причинившее слабую боль, а затем прохлада, словно к моей шишке приложили лёд. Это усилило пульсацию на мгновение, а затем всё затихло, как и разум стал чистым, без примеси туманной пелены. Она излечила меня, и это было просто невозможно объяснить.