Замуж за незнакомца

Спину сковывает неприятным предчувствием, и я растираю переносицу, концентрируясь на голосе брата.

– Он что-то конкретное хочет? – спрашиваю ровно и расслабленно, но в голосе Захара появляется не свойственная ему растерянность.

– Веришь? Не знаю. Вроде с миром пришёл, но… Кир, какие у тебя с ним тёрки?

– Никаких вообще. Мы даже не пересекаемся, – нагло вру, но это не заботы моего брата, его это не касается.

Это только наши с Архиповым проблемы, брата я сюда впутывать не буду.

– Кир, что ты молчишь? – отвлекает Захар, и я обещаю скоро быть.

Дождь за окном припускает с новой силой, грозясь превратиться в локальный Апокалипсис, водитель выходит из машины и над его головой раскрывается огромный зонт. Чёрная ткань натягивается от очередного подрыва ветра, спицы гнутся, а я распахиваю дверцу и едва по колено не проваливаюсь в лужу. Чёртов город, промозглый и сырой – в такие дни я действительно его ненавижу.

– Да-да, вот сюда, Кирилл Олегович, не испачкайтесь. Погода сегодня, конечно… все хляби небесные на нашу голову.

– Илья, отгони машину в гараж и можешь быть свободен. Обратно с Захаром поедем.

На мгновение на суровом лице Ильи, который, кажется, совсем не умеет улыбаться, мелькает облегчение.

– Ты так долго работаешь на меня, – говорю и стираю с плеча Ильи невидимые пылинки.

– Я вас ещё в школу возил, – едва заметно выпячивает грудь, а вокруг глаз появляются морщинки. – Озорной вы шкет были, Кирилл Олегович. Сейчас уже совсем взрослый мужчина.

– Скучаешь по моему старику? – спрашиваю, хотя и так знаю – мой отец много значил для Ильи.

С тех времён, когда папа подобрал его ещё мальчишкой, голодным оборванцем, срезающим кошельки у беспечных зевак на центральном рынке.

– Олег Борисович был прекрасным человеком, – с лёгкой грустью говорит Илья, и конец фразы тонет в раскате грома.

– Прекрасным да, – киваю и, обернувшись, смотрю на молнию, прошивающую небо. – Когда горло никому не резал.

О методах моего отца вести бизнес лучше вслух не вспоминать, чтобы не пугать особо трепетных.

– Давайте не будем говорить о плохом, – хмурится Илья. – Пусть все грехи останутся на совести покойника.

– Твоя правда.

Я вхожу в дверь клуба, отдаю гардеробщику пальто и спускаюсь по лестнице, где уже вовсю кипит игра за одним из столов.

Покер – отдушина и одна из немногих радостей, доступных мне.

– Сегодня не очень людно, – замечаю, завидев брата.