Без маски

Никому не нужный медвежонок Гранд, не понимающий, в каком гадком мире он проснулся и что делать ему дальше. Как чертовски гадко его подставили, а он никогда не научится доверять, даже если любит.

Я вскочил на ноги и стал переворачивать все вверх дном, стараясь найти хоть какую-то подсказку. Должна была оставить. Должна.

Разорванные листы сложил воедино, и боль снова пронзила все тело. Оставила. Прошлое. Сжимая в руках это последнее, что от нее у меня сохранилось, я просто скулил от невыносимых терзаний.

Но разум тоже знал, что делать, и повелевал руками, чтобы достать из кармана джинсов телефон и набрать номер.

– Да, Кин, неужели соскучился? Или на свадьбу зовешь? – съязвил абонент.

Я ничего не смог сказать, только пытался отдышаться.

– Гранд, что за хрень? Ты что там, ревешь? Что случилось? – раздался в трубке уже обеспокоенный голос.

– Рита… я один, – выдавил, глотая комки в горле.

– Так, а ну-ка взять себя в руки! – рявкнула подруга.

А мне стало еще хуже от осознания того, что я, мужик, вою, как маленькая девочка, растирая сопли и слезы по лицу.

– Ты где? – спросила она.

– Там же.

– Сейчас буду, оставайся на месте, – моментально ответила Рита и оборвала связь.

– Вот это я понимаю – приплыли, – раздался знакомый голос.

Я вздрогнул и поднял голову. На пороге спальни стояла Рита.

– Чего у тебя входная дверь-то открыта? Я стучала, кстати, – хмуро проговорила она и, не дождавшись ответа, села рядом со мной на кровать. – Твой психотерапевт весь во внимании.

И я начал рассказывать все с самого начала, иногда срываясь на крик или на постыдный сиплый стон. Сдержанность явно не мой конек, в небесной канцелярии меня наградили только идиотизмом, и все. Суки!

– Охренеть, только я тебя оставила, и ты сразу влип, парень, – пробормотала Рита и выдохнула, сложив губы трубочкой.

– Понимаешь, все бросили меня. – На глаза снова навернулись позорные слезы.

– Я бы тебе врезала, да не могу. Ты типа мой друг, и тебе нужна поддержка, иначе суицид или психбольница, – цокнула Рита.

– Скажи, это конец? – с надеждой на отрицательный ответ спросил ее.

– Ты будешь поднимать это дело? – поинтересовалась она.