50 и одно дыхание глубже

– Девушка. Райли сказал, что у тебя кто-то есть, и у вас было свидание. Так зачем ты здесь? – Облизываю губы и отвожу взгляд от веселья, полыхнувшего в глазах.

– Ах, это. Думаю, она не против, что я решил поздороваться с тобой, – его ответ переворачивает всё внутри. Причиняет неприятную тягу в сердце.

– Рада за тебя. Ты поздоровался, и теперь попрощайся, – цежу я, разворачиваясь, не в силах больше испытывать гадкий треск надежд.

– Стой, – хватает меня за запястье. Надрывный вздох. Жмурюсь. Его ладонь проходит по моей талии, вызывая дрожание сердца внутри.

– Я один. Прости, но мне захотелось услышать ревность. Хоть что-то из прошлого от тебя, – шепчет он мне на ухо.

Щелчок, и злость за эту игру со мной обрывает всё внутри. Вырываясь из его рук, оборачиваюсь к нему.

– Скажи, как долго это будет продолжаться? Как долго ты будешь мучить меня? Тебе было, мало того, что ты сделал? – Зло шиплю я, подходя к нему и толкая в грудь.

– Потанцуй со мной, крошка, – хватая меня за руки, теснее прижимает к своему телу.

– Отпусти. Николас…

– Нет у меня никого. Я даже не знаю, с чего это Райли решил сказать именно так. Свидания – не моё. Чёрт, ты должна меня знать, Мишель. Ты была первой и последней. Мне никто не нужен, кроме тебя. Это достаточный аргумент, чтобы ты дала мне шанс, крошка? Это веская причина, чтобы ты прекратила бегать от меня и хотя бы немного смягчилась? – Хватает мои запястья одной рукой, а талию другой.

– Это ты что хочешь от меня? Что мне сделать, чтобы ты не сопротивлялась? Ответь мне, потому что я устал так жить. Бегать по всему городу, страдать от постоянной бессонницы, не иметь никаких желаний. Ты хочешь слышать, как я корю себя? Я это делаю. Каждый день и каждую секунду. Но я не могу изменить прошлого, чёрт возьми, – отпускает моё тело и обхватывает лицо горячими ладонями.

– Не могу я вернуть время. Если бы мог, то сделал это. Отдал бы всё, все эти бумажки за такую возможность, – шепчет он.

– Я… это сложно, Николас, – кладу руки на его и снимаю со своего лица, но не могу отпустить. Держу. Наслаждаюсь. Мазохистка. Мне так больно и хорошо.

– Знаю. Но дай…

– Ты стал чужим, Николас. Ты больше не тот, кого я знала. Да я и никогда тебя не знала. Ты играл со мной, признай, что играл. Тебе было интересно. Ты руководил мной. Ты ставил условия, и я выполняла их. Я приняла всё, чем ты кормил меня. Удары, этот клуб, твоё прошлое.