50 и один шаг назад

– Встретимся в гостиной, – он убирает руку из моих волос, и я, кивая, отступаю от него на шаг.

Его глубокий взгляд скользит по моему лицу и плавно опускается к груди, скрытой одним бельём. Моё тело и женское начало моментально просыпаются, заставляя снова сбить ритм дыхания и усилить движение груди.

Ник приподнимает уголок губ в улыбке, понимая, что со мной происходит. Тонко чувствую, как мои мышцы внутри сжимаются и прикусываю губу, чтобы не выдать себя. Он приоткрывает рот, чтобы что-то сказать, но затем тут же закрывает, мотая головой, и вылетает из гардеробной.

Удивлённо моргаю от такой реакции, а затем хмурюсь. Неужели, он теперь будет бояться дотронуться до меня?

Сейчас знаю точно, что Ник чувствует ко мне нечто большее, чем обычное сексуальное влечение. И снова мне становится настолько хорошо, что обессиленно опускаюсь на диванчик и прикрываю глаза.

Я люблю его. Только вот не знаю, что такое любовь? И любовь ли это? Ведь, как и раньше, верю в то, что любовь – химия между мужчиной и женщиной.

Но, тогда как объяснить, что моё сердце замирает при виде его, а все его чувства и переживания ощущаю, как отражение на себе? Как назвать невообразимое желание спрятать его за собой и никогда не выпускать из рук? Как описать словами то, что происходит внутри? Оказывается, это не просто химия. Это любовь, которой опасаюсь.

А что будет со мной, когда ему надоем? Когда он поймёт, что я всего лишь эпизод в его жизни и не более? Ведь он полноценен, а я нуждаюсь в нём.

Приняв душ, и покривившись на пощипывание кожи на спине, обнаруживаю пару царапин на ней и удивляюсь, как мне удалось это сделать даже через одежду.

Синяки на локте, как и предполагала, появились ожидаемо, только вздыхая, надеваю футболку и джинсы. Выйдя из ванной, направляюсь в гостиную и поняла, что мне чего-то не хватает тут. Чего-то… кого-то. Шторм!

– А где Шторм? – Спрашиваю я, едва успев войти в гостиную, и Ник, моргая от моего внезапного появления, приподнимается с дивана и переставляет ноутбук на столик.

– Он на выставке. Каждые март и сентябрь он ездит в Монреаль за призами, – непонимающе отвечает.

– Понятно, мне он нравится. Никогда бы не подумала, что собаки такие клёвые. Папа мне запрещал, как и мама, да и, вообще, мне всё запрещали. А ещё татуировки… у тебя тоже есть, и я хочу, а…

– Мишель, остановись! – Повышает голос Ник, а я глупо моргаю, сама не ожидая от себя такого словесного водопада.

Куда меня понесло? Боже, какая идиотка.