50 и один шаг назад

Моё сердце начинает дико биться в навязчивом страхе от досрочного расторжения нашей тайной связи. Резко поворачиваюсь к нему, заметив хмурое лицо и неприятные ощущения, что он словно сейчас принимает особо важное решение только для него.

– Кроме? – Надрывистым шёпотом напоминаю я.

– Кроме как сказать ему правду. Ты со мной, вот и всё. Объясню ему, что не хотел бы, чтобы это стало достоянием общественности.

Его слова эхом отдаются в груди, и я то открываю рот, то закрываю в глубоком удивлении от этого решения.

– Нет, – мой негромкий и бледный голос проносится, как раскатистый гром в спальне, и Ник приподнимает брови.

– Нет, не надо. Не хочу, чтобы ты открывал наши отношения, пусть останется всё так, как и есть, – добавляю я.

– Что?

– Я не хочу, чтобы отец знал, что ты и я связаны… постелью. Да и, вообще, что между нами хоть что-то есть.

– Ничего не понимаю. То ты против тайных отношений, то теперь полностью за. Объяснишь? – Нотки в его уникальном тембре мгновенно превращаются в ледяные стрелы, пронзающие меня. Ещё бы, представляю, насколько ему было сложно даже произнести это, и в итоге получить отказ.

– У меня нет слов, чтобы объяснить это, но я тебе благодарна за то, что решил помочь. Не волнуйся, справлюсь, для меня это не ново. Отец поорёт и успокоится, возможно, запретит снова выходить из дома по вечерам, но и в этом случае найду выход, – поясняю приглушённо.

– Ты же знаешь, что у него проблемы? – Жёстко спрашивает он, и я киваю.

– Компания тонет быстро, половина… уже больше работников уволены, – продолжает он, сглатываю от неприятного подтекста этого разговора.

– Есть надежда? – Выдавливаю из себя.

– Нет, сейчас кризисная ситуация с ценой на нефть, компания работает себе в убыток. Максимум месяц, а то и меньше, – спокойно произносит он, а я кривлюсь от новостей.

– Понятно, – слабо говорю и отворачиваюсь от него.

– И ты ничего не попросишь? Никакой помощи, как у Райли? – Едко спрашивает он.

– Нет. Ты бизнесмен, уже просчитал все за и против. И если ты ничего не делаешь, значит, это гиблая компания, – бесцветно отвечаю я.

– Ты же понимаешь, что твой отец останется без работы. Если учесть его возраст, то ему сложно будет найти такое же высокооплачиваемое место в Торонто. Вся роскошная жизнь, которую вела, закончится.