Старший брат моего жениха

И вот сейчас, когда я наконец выплескиваю на друга все мысли, связанные с Егором, разговор заходит на новый вираж.

Стоило выпить, как меня прорвало тревогами за будущее Егора, и никак не получается уже не думать о его поспешном решении.

– Но месяц! Артём, месяц! – Я свожу брови к переносице, тянусь к бутылке, чтобы разлить ещё по одной. – Какого хера так торопиться?

Артём пожимает плечами и тянет в рот тонкий, как пергамент, ломтик Пармской ветчины. Точно, надо и самому закусить. Хватаю с тарелки идеальное канапе, кидаю в рот, потом ещё парочку.

– Просто ты – старый пень, потому ничего в молодёжных делах и не понимаешь, – взрывается хохотом Артём, и круглое добродушное лицо краснеет от смеха и выпитого. – Ну хотят дети жениться, пусть женятся. Радовался бы лучше, что брат твой – по девочкам.

– Придурок, – огрызаюсь беззлобно.

– Упёртый ты, Валевский. Хватит под пацана руки подкладывать. Ты и так сделал для него всё, что мог и не мог.

– Ладно, пусть, – вздыхаю и одним махом допиваю коньяк. Опускаю с силой пустой бокал на полированный столик, и растираю лицо ладонями.

Алкоголь наконец-то начинает действовать, и кабинка слегка плывёт перед глазами. Тянусь за сигаретой, а пальцы не слушаются, деревянные. Хотя и не чувствую себя пьяным настолько, чтобы с куревом не совладать. Но организм, похоже, решил, что с него хватит, и вестибулярка радостно машет мне рукой на прощание.

– Ещё по одной? – гудит на ухо Артём и чему-то снова смеётся.

Всё-таки удаётся раскурить сигарету, и дым набивает лёгкие, отвлекая от происков захмелевшего организма и уплывшего в далёкие дали сознания. Артём преувеличивает, конечно, насчёт моего возраста – тридцать пять ещё не старость, но я, наверное, действительно должен ослабить вожжи и позволить Егору набивать шишки самостоятельно.

Всё, нахрен. Не наседка я ему, чтобы нервы последние портить.

Смотрю вниз, на клубных танцовщиц, и взгляд фокусируется на одной из них. Красивая чертовка. Выгибается и так, и эдак, волосы переливаются в свете софитов, меняя цвет, фигура потрясающая, задница, сиськи – всё при ней.

Наверное, я завис, потому что дотлевшая сигарета обжигает пальцы, а Артём толкает меня в плечо.