Старший брат моего жениха

– Побудете… побудешь здесь, пока я воду и полотенце принесу? – интересуется, а я киваю.

Она улыбается и пулей вылетает из комнаты, и звук её торопливых шагов всё тише и тише.

– С чего вдруг ты за час так нажрался? – размышляю вслух и поправляю ворот его рубашки. Просто поправляю, но вдруг что-то привлекает внимание.

Дёргаю ткань, открывая шею и свою находку, и пялюсь на ярко-красное пятно, точно идиот. Глаза видят, а мозг отказывается уложить новую информацию на полку.

Касаюсь красного пятна, надавливаю, растираю кожу, и алая клякса постепенно бледнеет пока вовсе не исчезает.

Даже к носу подношу, улавливая приторный химозный аромат. Ну не засранец ли?

Так, ладно. Об этом мы обязательно с Егором поговорим, но потом. Сейчас он не в лучшей форме, а амбре от него исходит такое, что сам невольно хмелею. Не знаю, как Кира собралась ночевать в такой вонище. Подхожу к окну, дёргаю за ручку, ставя на проветривание, и свежий воздух наконец врывается в комнату.

– Я всё, я принесла, – ураганом влетает в комнату Кира и плюхает мисочку с водой и парочку полотенец прямо на прикроватную тумбочку.

Усаживается на кровать рядом с Егором, складывает руки на коленях. Идеальная сиделка. Брат же переворачивается на живот, подминает под себя скомканное покрывало и, пару раз причмокнув, проваливается в глубокий и размеренный сон.

– Рядом с ним ложиться сегодня не рекомендую, – усмехаюсь, следя, как Кира, намочив полотенце, протирает лоб Егора от испарины. – Он с детства жутко брыкается, а сейчас так тем более. Ещё зашибёт.

– Его надо раздёть, наверное.

– Да пусть так спит. Ему, я смотрю, вообще плевать.

За последние сутки произошло так много событий, что я уже перестал адекватно на них реагировать. Окружающий мир будто бы подёрнут дымкой, становясь чуточку нереальнее.

– Надо поспать, – говорю. – Тебе, мне.

Кира кивает, но не двигается. Так, что ли, и собирается всю ночь торчать? На самом деле готова просидеть возле Егора до утра? Странная девушка.

– Тебе на учёбу завтра не надо разве? – интересуюсь, останавливаясь в дверях комнаты.

– Надо. У меня завтра экзамен в десять, – морщится, но с места не двигается.

– Какой предмет?

– Геофизика и физика планет, – улыбается, будто бы я спросил её о любимом сорте шоколада.

Очень странная девочка.