Назад дороги нет

Съёживается, становясь совсем маленькой.

– Твой сын, говоришь? – подхожу к ней вплотную и убираю блондинистые волосы, упавшие на лицо. Вглядываясь в знакомые до боли черты, пытаюсь вспомнить, за что любил её когда-то. Мы не виделись десять лет, за которые я отрастил бороду и заимел морщины вокруг глаз, а Жанна, кажется, не изменилась ни на грамм – всё такая же красивая почти до головокружения.

Избалованная эгоистичная сука, которую я уже даже разучился ненавидеть.

Вздрагивает, когда сжимаю пальцами её щёки, привлекая к себе.

– Ян перестал быть твоим сыном, когда ты оставила его одного в квартире и уехала с хахалем, – шепчу ей на ухо, а она от каждого слова вздрагивает. – Помнишь это? Помнишь? Отвечай!

Жанна пытается вырваться, молотит руками воздух, что-то говорит придушено, а я поднимаю её лицо, замечая панику в голубых глазах. Боится, что убью? Правильно делает.

– Витя, отпусти! – почти орёт, но я закрываю ей рот ладонью.

Никому не позволю повышать голос рядом с могилой моего сына. Даже той идиотке, между ног которой он вылез.

– Ты какого хрена припёрлась? – Нависаю над ней, прижимаюсь лбом к её, и со стороны мы, наверное, смотримся почти мило. Мне не нужен лишний шум, да и скандала здесь не потерплю. – Только учти, если скажешь, что пришла сюда ради Яна, я тебе голову откручу и лично закопаю, ты меня знаешь. Поняла?

– Сдурел, да? – шипит, когда отпускаю её, а она оправляет светлую блузку.

– Ты должна была, как минимум, не бросать его. Или потом хотя бы с праздниками его поздравлять. Или на похороны, твою мать, прийти!

Теряю терпение, чувствуя как гнев, огненной волной поднимается из самых глубин души. Слишком тяжело сдерживаться, когда она смотрит на меня, упорно не понимая, почему злюсь.

– Ты сам виноват! Во всём виноват только ты!

И почему я совсем не удивлён?

Жанна обнимает себя за плечи, а в глазах плещутся слёзы, но верить им – всё равно, что верить обещаниям депутатов.

– Перестань ломать комедию! Мне твой театр ни в одном месте не нужен.

– Витя, постой! – кричит, когда уже почти вышел из ограды. Понимаю, что Жанна не просто так сюда пришла, что-то ей от меня нужно, но выяснять подробности совершенно нет никакого желания.