Босс моего бывшего

– Дмитрий Николаевич, – Валера качает головой, выразительно глядя на меня.

Я отпускаю Леонида, переступаю через его упавший на пол телефон, подхожу к Варваре. Она поднимает на меня совершенно больной взгляд, всхлипывает.

– Давай вызовем полицию, – говорю, но она судорожно втягивает носом воздух и дёргает головой. – Он пытался тебя…

– Нет, – отрезает. – Я сама, дура, его впустила. Нет. Пусть катится отсюда.

И добавляет тихонько:

– Выгони его, а?

Эта трогательная просьба разрушает последние барьеры, которые я заботливо выстраивал вокруг себя последние полгода.

Валера берёт грязную работу на себя: под протестующие вопли Леонида просто выталкивает его наружу и закрывает за собой дверь, оставляя нас с Варей наедине.

– Он больше к тебе не сунется, – обещаю, а Варя смотрит на меня недоверчиво. – Валера умеет убеждать.

– Он бандит?

– Нет, всего лишь мой верный охранник. Оруженосец.

– Валера его убьёт?

– Даже ни одной кости не сломает. Но убедит. Леонид не придёт больше.

Варя отводит взгляд, молчит, только дрожит сильно. Я протягиваю руку и поправляю её одежду, стараясь не думать, от чего она измята. Просто делаю что-то, чтобы не сорваться.

– Ты плохо знаешь Лёню, – шепчет едва слышно и зябко поводит плечами.

– У тебя коньяк есть? – спрашиваю, а Варя взмахивает рукой в сторону комнаты.

– Там бар. Но зачем тебе коньяк?

За дверью тихая возня, и вскоре всё стихает, погружая нас с Варей в вязкую тишину.

– Ты выпить хочешь? – уточняет.

– Я за рулём, мне нельзя. А тебе нужно.

– Но я не…

– Нужно, слышишь? – я кладу ладони ей на щёки и, наклонившись, в глаза заглядываю. – Необходимо.

В комнате обнаруживается неплохой бар, я достаю бутылку коньяка и бокал. Наливаю щедрую порцию, протягиваю сидящей на диване Варе. Она с сомнением смотрит на меня, но бокал в руки берёт.

– Спасибо, – говорит, обнимая двумя ладошками бокал. – Не за коньяк, за то, что приехал.

Снова отворачивается, словно ей стыдно на меня смотреть.

– Он… мне не надо было Лёне дверь открывать, но решила, что лучше так, чем привлекать внимание соседей. Я всё-таки неисправимая идиотка.

Она ругает саму себя и всё-таки делает глоток коньяка. Морщится, второй делает, но на третий её не хватает, а я не настаиваю. У меня нет цели её споить, но в такой ситуации немного алкоголя не помешает.

– Можно я выговорюсь? – жалобно спрашивает и, затаив дыхание, ждёт моего ответа.