Позволь спеть тебе о печалях…

Марк же сказал, что его, цитирую, “раздражает сама мысль, что ты постоянно будешь рядом, да еще и в одном и том же.” Разумеется, я не стала отказываться, он еще обещал позже сходить со мной по магазинам.

И как его еще никто не сделал своим парнем? Такие таланты пропадают. Ну ничего, мы это исправим, отдадим Марка Алине, и будет счастье.

Проводя экскурсию по квартире, Марк забыл упомянуть, что у него есть целая отдельная комната под гардероб, но большим шоком для меня стал не этот факт, а то, насколько там пахло им.

Для меня войти туда было сродни тому, чтобы уткнуться носом Марку в шею. Однако насладиться этой волшебной комнатой мне не позволили, Марк приказал быстро выбрать какой-то верх и выметаться.

Пришлось схватить первую понравившуюся мне толстовку, серую, с вышивкой спереди и сзади, которая, как вскоре оказалось, почти превращалась на мне в полноценное платье. Или было очень нескромным коротким платьем. Я осталась в восторге, Марк не очень, пробурчал что-то себе под нос и закрыл дверь.

Зато теперь я сидела, укутанная в его запах и непроизвольно улыбалась. Отпечаток боли остался даже на его вещах, можно наслаждаться аурой Марка и вдали от него.

– Если ты сам до сих пор не проснулся, обязательно было тревожить меня так рано? – спрашиваю, уже устав ждать, когда стена в виде человека наконец заговорит. Марк удостаивает меня тяжелым взглядом и не менее тяжелым вздохом.

– Напомни, почему ты такая бодрая? – судя по разочарованным ноткам в голосе, кто-то собирался ранним подъемом выбить меня из колеи и просчитался.

– Потому что мне не нужен сон, – радостно делюсь информацией и кладу руки на стол. – К тому же, у меня есть ты.

– И как это связано? – Марк со звоном ставит чашку на блюдце и прищуривается. – Ты все-таки вытягиваешь из меня жизненную энергию как демоны?

– Хватит уже сравнивать меня с нечистью, я же не сравниваю тебя с животными.

– Один раз сравнила, – припоминает мне Марк.

– Вот именно что один, а ты меня нечистью уже в миллионный раз обзываешь, – слегка преувеличиваю, потому что на самом деле не считала, у меня есть проблемы поважнее.

– Хорошо, достопочтенная магическая птица, – говорит он с очевидным сарказмом, но так уже лучше, – слэш воровка, слэш обманщица, – вот так снова плохо, – как твоя бодрость связана со мной? Ты так совершенно ничего про себя и не рассказала.

– Спрашивать надо вежливее, – издеваюсь над ним, – но твой несчастный вид дарит мне столько радости, что я тебе расскажу.