Развод. Игра на выживание

Поворачиваю голову и осматриваю мужа. То, что перед завтраком он не переоделся, и даже не зашел в нашу спальню, о многом говорит. Например, о том, что семейный завтрак – это просто спектакль для детей.

– Скажи мне, кто она? – спрашиваю со слезами в глазах. – У тебя кто-то появился. Я чувствую, Богдан.

– Бл*дь. Что ты несешь? – говорит он нервно. – Я никогда тебе не изменял и не собираюсь.

– Врёшь, – кричу и бью ладонью в твердое плечо, но его тело даже не сдвигается с места. – Всё врёшь.

Меня сносят эмоции.

Я два дня держала их в себе и ни с кем не делилась. Я два дня носила обманчивую маску для детей и своих родителей.

– Как же ты меня за*бала, – качает Богдан головой, глядя в окно.

Глава 6. Яна.

– И что ты ему ответила? – спрашивает Света, нарезая фрукты в фарфоровую тарелку, отделанную золотой каймой.

Три месяца ждала этот набор посуды из Европы.

– Ничего, – говорю задумчиво, кутаюсь в плед. – Разрыдалась, как дура.

– А Богдан? Успокоил хоть?

– Нет, – мотаю головой.

 – Просто сказал детям, что он пока поночует на квартире, чтобы не ездить за город. И после этого ушёл, девочки.

– Да уж, – Света неодобрительно качает головой. – Хочешь, поговорю с Вадимом, чтобы он с ним пообщался? Может, реально у него случилось что-то? Всякое же бывает.

– Ой, девочки, – закидывает стройную загорелую ногу на стул Вера. – Вы как маленькие, ей богу.

– Почему это? – подозрительно сужает глаза Света.

Девчонки – мои одноклассницы и подруги детства.

Мы нечасто с ними встречаемся в последнее время, но как только я отправила эмоциональное голосовое сообщение в наш общий чат, они тут же приехали с вином и суши.

– Ну почему один человек не может просто за*бать другого? – философски размышляет Вера, разводит руками. – Ну камон, девчат?! Это нормально, что люди, которые прожили десять лет, друг друга допекли.

– Ну тебе-то лучше знать, – усмехается Света.

Вера в свои двадцать восемь ни разу не была замужем. Пару лет назад она встречалась с одним иностранцем, но насколько в итоге он вернулся на родину, а она осталась в городе, потому что не может оставить престарелых родителей.

– А вот это уже сарказм, – Вера чокается с нами высоким бокалом. – Пассивная агрессия, Светик.

– Да-да.

– Я серьезно. Вот ты не можешь Вадику своему прямо сказать, что он тебя за*бал, поэтому приходится эти эмоции сливать на любимых подруг. Типа мы всё стерпим. Настоящая ты только с нами.