Мой препод – Лёд

 – Если муж едет ночевать куда-то, какие бы обстоятельства ни были – это уже не семья.

– Почему? – хмыкаю.

– Потому что дети – это навсегда. Сегодня они кричат, завтра у Таи будут резаться зубки, потом, не дай бог конечно, простынет, да куча ещё всего предстоит. Подростком будет – домой поздно явится. Что ж сейчас, при каждом случае к родителям спать бежать?.. Она же наша общая дочь.

Теперь я пожимаю плечами.

Странно. Подумаешь, один день. Ладно, как говорится, не мне их судить. У меня-то отношений в жизни кот наплакал.

– С лапшой? – спрашиваю, киваю на плиту, где уже доваривается куриный бульон.

– Да, можно с лапшой. Спасибо, Юлька. Ты настоящий друг.

Заливаюсь краской и широко улыбаюсь. Так получилось, что у меня практически нет друзей, кроме братьев Алиевых. Как-то со школы не задалось, класс был недружный. Пожалуй, Мия и есть моя лучшая подруга.

Отодвинув стул со скрипом, поднимаюсь с места и отправляю картофель в кастрюлю.

– Какая ты стройная, Юлька? – восхищенно проговаривает Мия, изучая мой короткий топ с длинными рукавами.

– Да ты и так похудела, – киваю на её фигуру, скрытую под тонким халатиком.

– Да уж, конечно. А как у тебя здоровье? Головные боли не беспокоят?

Резко вздыхаю и закатываю глаза.

– Выключи Мамаситу, Мия, – со смешком выговариваю, но твердо. – У меня всё нормально.

– Прости, – она деликатно откашливается и опускает взгляд на мирно спящую дочку.

– Совершенно незачем.

– Ты больше не ходишь к психологу?

– Нет, не вижу смысла.

– Ясно… Может, сменить специалиста?

– Нет.

– Прости ещё раз.

Киваю и помешиваю суп.

– Да, всё нормально, –оборачиваюсь и упираюсь поясницей в столешницу. – Мия, можно задать тебе вопрос?

– Конечно. Ещё спрашиваешь.

– Обещай, что никому не расскажешь? Это секрет.

– Кому? – усмехается она. – Тае? Или молокоотсосу?

Разводит руками.

– Мирону, например…

– Миру? – задумывается. – Он в последнее время, кроме фирмы своей, и диплома ничего не замечает, – фыркает. – Поэтому думаю, даже если ему что-то рассказать, он пропустит мимо ушей.

– Ладно, – киваю и опускаю взгляд на свои ноги, облаченные в тонкие легинсы и белые короткие носочки. – Я хотела спросить, про Льва… – морщусь и упрямо договариваю, – Викторовича.

На кухне вдруг становится тихо, только суп булькает в кастрюле.