Любовь без обязательств

Дальше обрывками помню крепкие руки, которые стянули меня с моего танцпола. Запах мужской туалетной воды и кожаного салона автомобиля. И… Чёрт. Чёрт. Черт. Чёрт. Ночь я тоже помню… Аура сзади меня становится тяжелой, слышу увесистый вдох. Одеяло бережно прикрывавшее моё обнажённое тело слетает, и сухая крепкая ладонь явного любителя потягать железки в зале ведет по моей спине вниз. Я замираю и даже не дышу.

Я не хочу! Он что, будет насиловать меня?

Наглая рука оглаживает мои ягодицы, над формой которых я тружусь в зале три – четыре раза в неделю.

Резко шлёпает по правой. И отправляется в дальнейшее путешествие к груди третьего размера. Мнёт каждую по несколько раз. Прикрываю глаза, ругая себя за то, что отдаюсь ощущениям. Ладонь спускается книзу живота и варварски раздвигает нежные складки.

Сжимаю руку насильника ногами в немом протесте. Закусываю губу, чтобы не застонать. Протест тут же отклоняется ловким движением руки, раскидывающей в сторону мои конечности и возвращаясь к складкам. Втирает влагу в нежную кожу по часовой стрелке.

Постоянно меняет темп. Потом направление. Сама не замечаю, как начинаю тихонько поскуливать от этих манипуляций.

– Иди сюда. – Слышу холодный приказ. Разворачиваюсь и смотрю на Глеба, мать его, Громова. Абсолютно голого. Его бронзовое тело тяжело вздымается, а член стоит перпендикулярно хозяину. В полной готовности.

Рука тянет меня в сторону мужского тела, а второй рукой он кидает на белую простыню презерватив.

– Одень, – Очередной приказ.

Хочется послать его на хер, несмотря на безупречное воспитание, которым тоже занималась моя бабуля.

Но еще больше хочется разрядки. Просто невыносимо. Поэтому разрываю зубами упаковку и натягиваю резину на огромный подрагивающий ствол.

– Садись, – смотрит на меня угольными глазами из-под опущенных ресниц. На его щеках небольшой румянец, грудь покрыта короткими черными волосками, убегающими тонкой дорожкой в пах.

Перекидываю ногу через него, и пристраиваю головку к входу. Медленно насаживаюсь до упора.

– Ниже.

Он вообще умеет разговаривать, не приказывая?

Мужчина вжимает мои бедра в свои, отчего я тут же вскрикиваю.

– Двигайся, – хрипло говорит он.

Танцую на его бедрах, улавливая ритм. Трусь об него самой чувствительной точкой. Закрываю глаза, так лучше получается сконцентрироваться на ощущениях и не видеть его самодовольное лицо.

– Погладь сиськи, – рычит.

Игнорирую просьбу и продолжаю улетать в пространство. Огромный шар зреет внизу живота.