Бывший. Игра на поражение

Пытается прогнуть. Умом всё понимаю, но всё равно рефлексирую.

– Мы могли отказаться, – замечаю, когда Разин замолкает.

– Нужда и голод погонят в холод, Вер.

Усмехаюсь. Шурик любит пословицы и знает, кажется, все.

Но он прав. Если отказаться – оба останемся без работы.

Краем глаза замечаю знакомую фигуру. Сердце совершает немыслимый кульбит, а рука тянется к волосам на инстинктах.

Не знаю почему…

При Макрисе всегда хочется быть причёсанной и… в лучшем виде.

– Добрый день, – здоровается он с нами, и снимает пальто черного цвета.

Недовольно осматриваю идеально выглаженные брюки, пиджак и белую рубашку под ним.

– Добрый-добрый, – Шурик с интересом поглядывает то на меня, то на грека.

Адриан не пытаясь быть вежливым, усаживается рядом со мной на низкий диванчик и выхватывает из моих рук меню.

– Вы знакомы? – спрашивает Разин, нахмуриваясь.

– Ага, – вздыхаю и поглядываю в окно. – Мой… дядюшка.

Адриан громко усмехается, а широкие плечи резко дёргаются.

– Дядюшка? – оператор неверяще смотрит.

Во время нашего полугодового романа мы с Шуриком ещё не работали вместе, поэтому вряд ли он в курсе.

– Ага, дядюшка, – легко произношу. – Из Греции.

– Из Греции… – повторяет Разин, изучая Макриса, словно музейный экспонат.

Кошусь на Адриана.

Он на мою шалость больше никак не реагирует, задевает взглядом подол юбки и снова становится серьёзным. Если б знала, какую именно участь приберёг для меня генеральный продюсер на сегодня, обязательно бы напялила джинсы.

Увы.

– Ты выбрала? – спрашивает Адриан, кивая на папку в своих руках.

– Ага.

– Официант, – кричит он и поднимает два пальца.

– Овощной салат с говядиной, пожалуйста, – вежливо прошу. – И чай имбирный с лимоном и мёдом.

– Борщ с черным хлебом, – произносит Макрис, убирая меню.

Закатываю глаза от банальности его выбора. Разин заказывает бизнес-ланч – первое, второе и компот, и мы остаемся втроём.

– Я думал, вы постоянно едите греческий салат, – выдаёт Шурик недоверчиво.

– Я ел его на завтрак, – отвечает Адриан невозмутимо и, закинув руку мне за спину, усаживается поудобнее.

Под взглядом зеленых глаз чувствую себя немного скованно, но мой оператор мастерски решает проблему нежелания общаться с бывшим.

– А чем отличаются маслины от оливок?

Опускаю голову, стараясь скрыть улыбку.

– Кроме цвета, конечно, – добавляет Шурик.

Кажется, он готовит новые вопросы.

Макрис тяжело вздыхает.